Кенгуру или работа в Microsoft?

0
23 ноября 2012
9028 прослушиваний

Требуется обновление Чтобы прослушать подкаст, необходимо обновить либо браузер, либо Flash-плейер.
Встроить
Текстовая версия

Александр Лукашевич: Привет, дорогие друзья! С вами я — Александр Лукашевич. И мы начинаем следующий выпуск подкаста «Многоэтажная Америка». Сегодня у нас в гостях интересная личность, блоггер, также IT-специалист. Специалист, который уже 10 лет не был в России. Все это время он учился, получал жизненный опыт. Причем в таких странах как Япония, в Австралии бывал, также после этого поехал в Канаду. В данный момент мы будем разговаривать с ним из штата Вашингтон, США. Зовут нашего сегодняшнего гостя — Никита Кожекин.

Итак, Никит, тебе привет!

Никита Кожекин: Привет, Александр!

Александр Лукашевич: Во-первых, хотел бы, дорогие слушатели, обмолвиться, что Никиту я нашел с помощью его блога в livejournal.com. Кстати, его блог посоветовал предыдущий гость подкаста «Многоэтажная Америка» — Андрей Хлопков. Блог вы можете найти по ссылке http://kitya.livejournal.com. Довольно интересные заметки о штате Вашингтон и не только.

Итак, Никит, я хотел бы сейчас отмотать время назад, чтобы ты рассказал слушателям, да и мне тоже, как вообще произошло, что ты решил учиться за границей? И почему ты решил сделать такой шаг в своей жизни?

Никита Кожекин: Как все вещи, которые происходят в жизни, особенно хорошие вещи, происходят по случайности. Дело в том, что я решил уехать учиться сначала в Японию. Причины были очень простые, как у многих людей моего поколения. Я заканчивал институт МГУ, в Москве. После окончания института нужно было подумать, что делать дальше. И дальше есть очень неприятная перспектива — пойти в армию. Так как я этого не хотел, стоило поступить в аспирантуру. Один из вариантов поступления в аспирантуру — поступить в аспирантуру в Японии.

Александр Лукашевич: А почему именно Япония?

Никита Кожекин: На самом деле есть много разных вариантов, как можно скрыться от российской армии. Почти все развитые большие страны имеют гранты для иностранных студентов. Есть грант в Канаду, есть обучение в США. Япония на самом деле проще, чем многие другие страны, потому что хотя на любое обучение с грантом конкурс достаточно большой, в Японии он ниже, чем в Америку или в Западную Европу. Просто потому что гораздо меньше желающих учиться в Японии.

Александр Лукашевич: А тебя не смущало, что нужно будет выучить язык, который довольно сложный европейскому уху. Учитывая тот факт, что в школе мы учим либо немецкий, либо английский. То есть романно-германскую философию.

Никита Кожекин: Я, как обычно, не подумал сначала, поэтому не смущало. Надо было подумать, но я не подумал. Я решил — а почему бы и нет!

Александр Лукашевич: То есть все-таки налет романтизма присутствовал в твоем поступке?

Никита Кожекин: Скорее налет авантюризма. На самом деле, это не так страшно, потому что в Японии для обучения существует несколько программ. И так как японцы отлично понимают, что японский язык не международный язык и, тем более не международный язык для науки, то в любом случае научные исследования обычно проходят даже в Японии на английском языке.

Потому, основная задача аспиранта — это заниматься научными исследованиями. И поэтому большая часть работы происходит на английском языке. Другое дело, что найти лекции на английском языке практически невозможно или очень сложно. Иногда это бывает.

По крайней мере, аспирант в Японии, иностранец-аспирант... Предполагается, что он будет защищать свою работу на английском языке и никто не ждет и даже не хочет того, чтобы защита происходила на японском. Понятно, что японский полезно понимать и знать, но это не значит, что ты обязан на нем грамотно писать научную работу. Скорее наоборот.

Александр Лукашевич: Но тебе пришлось какой-то уровень получить? До того как ты получил грант?

Никита Кожекин: Да, конечно. Для всех иностранных студентов, вместе с обучением, японское правительство оплачивает курс японского языка, на который можно записаться в первый же день по приезду в Японию. И после этого ты тратишь несколько часов в неделю на обучение японскому языку, оставшееся время, соответственно, на свою научную работу.

Александр Лукашевич: Никита, расскажи, в каком году ты отправился в Японию и сколько лет ты проучился там?

Никита Кожекин: Я отправился в 2000-м году, проучился 3 года аспирантуры. Чуть меньше 3х лет. Я закончил за два с половиной, потому что если работа готова, то можно закончить и раньше.

Александр Лукашевич: И как твой уровень японского языка? Он наверняка за три года заметно поднялся!

Никита Кожекин: Конечно, да. Сначала у меня был нулевой уровень. До приезда в Японию я не знал по-японски ни одного слова, кроме Аригато.

Александр Лукашевич: Отлично. Т.е история мальчика Ломоносова, можно сказать? На обозе въехал в Японию...

Никита Кожекин: Да примерно так.

Александр Лукашевич: Итак, Никит, расскажи, Япония и Азия, в сторону востоку... Это такая очень манящая, но в тоже время закрытая для нас культура, культура страны восходящего солнца. Что ты можешь о ней рассказать, вспомнив те первые ощущения, когда ты туда приехал. Что сразу бросилось в глаза? Что понравилось, что не понравилось в Японии?

Никита Кожекин: Конечно культура очень необычная. Это еще связано с тем, что это была первая страна, где я жил самостоятельно, один. Первое место всегда самое шокирующее и самое необычное кажется. Просто потому, что это первое место, в котором ты оказался из своего дома, и ты все сравниваешь. А через некоторое время, когда начал переезжать по разным странам, ты уже больше находишь похожие вещи, чем разные. Просто твое собственное отношение к изменениям кажется другим.

Когда я приехала, я действительно ничего не знал про японскую культуру. Скажем, я вот студент, в обед я прихожу в столовую и первый раз в жизни вижу, что люди едят палочками, никаких других приборов нет. Тогда был 2000-й год и в Москве еще не было суши ресторанов. Я просто никогда до этого и не видел ни палочек, ни как ими есть. И большинство еды я никогда не видел, то есть всю эту еду, кроме разве что риса. И не имел представления, что у них суп, что салат, в каком порядке и как у них едят. Поэтому просто смотрел на других студентов и пытался повторять и делать как они. Это довольно забавные ощущения, как будто тебе снова 4 годика и ты должен научиться делать все. Читать, писать, понимать, есть, держать вилку, ложку, которая становится палочками.

Но при этом я бы хотел сказать, что Россия все-таки не совсем западная страна, она скорее посередине. Мы как бы мостик между Европой и Азией. В русской культуре есть много общего и с японской культурой и вообще с азиатской культурой. В японском языке есть некоторые заимствованные русские слова.

Александр Лукашевич: Какие, например?

Никита Кожекин: Самые известные это как называется одно из важных для всех японцев блюд — икра.

Александр Лукашевич: Правда ли, что японцы одни из самых трудолюбивых народов? В сторону востока если двигаться.

Никита Кожекин: Мне не кажется, что такие обобщения хорошо делать, потому что это как форма некоторого национализма, когда ты берешь и обобщаешь всех людей.

Александр Лукашевич: Ну, вот смотри, если брать немцев, то мы знаем что они довольно педантичные и очень конкретно и внимательно относятся к деталям.

Никита Кожекин: Это скорее анекдотический немец. Ты же понимаешь, что немец из анекдотов и реальный немец могут быть разными людьми.

Александр Лукашевич: Конечно. Но если брать твое ощущение, когда ты там был, какое у тебя сложилось впечатление о японском народе. Какой он?

Никита Кожекин: Я скажу так, что японский народ и японская нация прошла через очень шокирующие, гигантские перемены в своей жизни. Эти перемены начались перед Первой мировой войной, когда Япония прошла огромную, очень быструю индустриализацию. Из страны экономически неразвитой, аграрной и очень бедной, резко превратилась в большую крупную индустриальную державу. Это был очень кровавый, тяжелый переход, который был связан с трудом многих людей.

И второй переход был во время Второй мировой войны, когда Япония была практически полностью разрушена. На Японию сбрасывали атомные бомбы, города были сожжены в пепел. Потом Япония была много лет оккупированной территорией, где правили американские солдаты. Япония была полностью в руинах. То, что Япония смогла из руин восстановиться в потрясающе развитую и экономически богатую империю, построить заводы, пароходы и все все все заново, — это огромный труд людей, которые отдавали все, которые не имели ни выходных, ни отпусков, ни денег, ничего. Это огромное пожертвование и труд огромного числа людей.

Александр Лукашевич: И твой личный опыт?

Никита Кожекин: Мой личный опыт это старшее поколение. И если ты говоришь в Японии со старшим поколением, например с профессорами в институте, где я учился, то обычно старшее поколение считает, что нынешнее поколение и нынешние студенты очень расслабленные, лентяи и бездельники. «Когда мы работали, мы работали без выходных, мы не болели...»

Я помню моего профессора, это очень смешно было, потому что каждый раз, если кто-нибудь в лаборатории из аспирантов или студентов заболеет и говорил: «Я заболел, температура, я не могу прийти сегодня на работу...» Он начинал недовольно ходить по кабинету и говорить: «Когда мы работали, когда мы восстанавливали Японию — мы не болели, потому что нельзя было.»

Александр Лукашевич: Я сразу вспоминаю своих тренеров по легкой атлетике и лыжному спорту. То же самое практически, старые советской закалки тренеры были, и точно также, когда говоришь, что температура 39, не могу прийти на тренировку. Точно такая же была реакция.

Никита Кожекин: Я думаю по той же причине, потому что Советский Союз точно также был разрушен и точно также восстанавливался с трудом и жертвами огромного числа людей.

Александр Лукашевич: Это точно. Никит, я думаю, что стоит переходить уже к следующей стране, которую ты посетил после Японии. В Японии ты, получается, выучился, получил звание. Кстати, какое звание у тебя?

Никита Кожекин: Это звание называется Кандидат наук по-русски и PHD по-английски.

Александр Лукашевич: И вот с этим багажом ты собрался в следующую страну. Насколько я знаю, это была Австралия.

Никита Кожекин: Я сначала довольно долго работал в Японии, потому что проще найти работу сразу в Японии, а потом я переехал в Австралию со своей собственной компанией. Я работал в Японии в американском банке программистом и к тому моменту я уже прожил в Японии 7 лет и я понимал, что мне это сильно надоело, потому что...

Александр Лукашевич: Надо что-то менять?

Никита Кожекин: Да, надо что-то менять и тяжело очень долго жить в Японии, потому что в Японии очень сложно стать своим, поэтому я решил поехать куда-то еще. Я решил поговорить со своей начальницей на работе и спросил у нее, куда мне можно перевестись по работе. В качестве вариантов предложили Лондон, Гонконг, Австралию. Так как я еще ни разу в своей жизни на тот момент не видел кенгуру, я решил, что Австралия будет самым интересным местом.

Александр Лукашевич: Косвенно виновато кенгуру. Ну что, увидел кенгуру?

Никита Кожекин: Да, я увидел кенгуру и был очень счастлив. Все мои мечты про кенгуру исполнились, потому что, как потом я узнал, кенгуру бывает много разных. Это в русском языке есть одно слово — кенгуру, а реально у австралийских индейцев несколько сотен различных слов для кенгуру.

Они бывают совершенно разных видов и размеров. От 2-х метровых, огромных красных кенгуру до крошечных валлаби, которые размером чуть больше мышки. И все это совершенно разные виды совершенно разных зверей, просто они все прыгают и с хвостом.

Александр Лукашевич: Кстати, в каком городе ты жил и работал в Австралии?

Никита Кожекин: Я жил и работал в самом очевидном городе — городе Сидней, где в Австралии происходит большая части жизни. Много банков, работы и всего остального. Но я успел довольно много поездить и посмотреть разнее другие места Австралии.

Александр Лукашевич: Кстати, довольно интересно было бы у тебя узнать погодные условия в Японии и Австралии. Что поменялось?

Никита Кожекин: Япония большая и не только большая, но еще и длинная, с севера на юг, поэтому скажем Акита это очень холодное место. Япония, из-за того что она остров с Тихим океаном вокруг, очень влажная. Много дождей, много снега зимой в горах.

А Австралия наоборот пустыня скорее, очень сухо, жарко и солнечно всегда.

Александр Лукашевич: И в Сидней тоже соответственно?

Никита Кожекин: Меньше, чем в центре Австралии. Потому что в центре совсем плохо, а в Сиднее просто плохо. Т.е. ярко, солнечно и все люди все время на пляже проводят. Мечта, если хочешь лежать с бутылкой вина на пляже, но очень плохо, если хочешь кататься на лыжах.

Александр Лукашевич: Никит, а что можно кратко рассказать слушателям про Австралию? Что тебе запомнилось больше всего?

Никита Кожекин: Кенгуру больше чем людей.

Александр Лукашевич: Австралию действительно можно сравнивать с такими странами как Канада и США?

Никита Кожекин: Про Австралию говорят, что Австралия — это Канада без снега, а, Канада наверно наоборот — Австралия со снегом.

Александр Лукашевич: Ты переехал в ту компанию, в которой ты работал в Японии и сколько ты провел времени в Австралии?

Никита Кожекин: Год.

Александр Лукашевич: И почему ты принял решение переехать в Северную Америку?

Никита Кожекин: Это тоже произошло по случайности, потому что еще до того как я наметил переезжать в Австралию, я подал резюме в несколько американских компаний. Когда я хотел уехать из Японии, я искал разные варианты и в поиске разных вариантов, подавал резюме в разные места.

Особенность всех больших компаний в том, что они не сразу отвечают. В процессе того как я уже уехал в Австралию, неожиданно мне ответила компания Microsoft. Они прочитали мое резюме и хотели бы поговорить, они приезжают в Азию и почему бы мне не поговорить с ними в Гонконге.

Я ответил, что я уже уехал из Японии в Австралию, с другой стороны я подумал, почему бы мне не съездить за их счет в Гонконг, раз они приглашают. Я решил съездить на интервью, это интересно и в Гонконге Диснейленд.

Я съездил на интервью и сказал, что я очень рад, но вообще-то я к вам не хочу, потому что уже поздно и я только что устроился на работу в Австралию, а приехал на интервью просто, потому что вы захотели оплатить поездку в Гонконг.

Александр Лукашевич: Так, и что они на это ответили очень интересно?

Никита Кожекин: Человек, который там был, очень хороший человек, начал меня уговаривать. Он поговорил со мной, спросил, почему я уехал в Австралию. Я ему рассказал то же самое про кенгуру. Он сказал, что ничего страшного, что кенгуру мне через некоторое время все равно надоест, а они готовы подождать годик, пока я буду смотреть на кенгуру. И это были очень хорошие условия, и приятно когда тебя ждут целый год.

Александр Лукашевич: Пока ты смотришь на кенгуру и устаешь от них.

Никита Кожекин: Мне это понравилось и они предложили контракт, что довольно редко бывает, не сейчас, а через год. Поэтому я спокойно посмотрел кенгуру в Австралии и когда посмотрел всех кого хотел, то сел на самолет, который они оплатили мн, и перелетел в Канаду.

Александр Лукашевич: И сейчас мы перемещаемся в какой город Канады?

Никита Кожекин: Сейчас я переместился в город Ричмонд в Канаде, который более известен как город Ванкувер, это пригород Ванкувера. В этот момент Microsoft открыл там офис, который сейчас, к сожалению, закрыли, который назывался Канадский центр разработки Microsoft. Причина его открытия была очень простая, в то время было очень сложно получить рабочую визу в США для иностранцев и Microsoft решил, почему бы не построить свой офис ровно в 15-20 минутах езды на машине от границы с Америкой, только с канадской стороны, так как получать канадские визы никаких проблем нет.

Александр Лукашевич: Неплохой обход закона, некий офшор получился.

Никита Кожекин: Да. Они снимают большое здание, в 15-20 минутах от границы, получают рабочую визу всем сотрудникам, которые не могут получить американскую рабочую визу. А затем получают туристическую бизнес визу, что бы они могли свободно ездить в Америку.

Александр Лукашевич: То есть ты поехал в Microsoft, тебя взяли, ты начала работать там. Да?

Никита Кожекин: Да, я начал работать и проработал там год и 3 или 4 месяца.

Александр Лукашевич: И что ты можешь сказать? У тебя был опыт работы в Японии, в Австралии. Работа в Microsoft тебе понравилась? Условия работы.

Никита Кожекин: Да, безусловно, понравилось, поэтому я до сих пор там работаю. Microsoft очень хорошая компания для работы. Microsoft известен тем, что они очень уважают своих программистов и кроме хороших финансовых, медицинских и других условий, в Microsoft каждый программист получает свой отдельный кабинет с дверью.

Александр Лукашевич: Да, об этом как раз Андрей рассказывал в предыдущем выпуске.

Никита Кожекин: Там никаких пластиковых коробочек, общих столов и всего остального. Это многим очень нравится. Считается признаком уважения к профессии и к важности ее для компании.

Александр Лукашевич: И сколько лет ты уже работаешь в США, в штате Вашингтон.

Никита Кожекин: Сейчас, мой третий год, если я не путаю.

Александр Лукашевич: Это было связано с какими-то внутренними делами Microsoft или ты сам захотел переехать в США?

Никита Кожекин: В принципе я и сам хотел, но особого варианта не хотеть, не было, потому что этот Канадский центр разработки, Microsoft через некоторое время захотел закрыть. Просто потому, что стали давать рабочие визы. Потому что в Америке произошел финансовый кризис, многие компании перестали нанимать новых сотрудников. В том числе стали значительно меньше нанимать и конкуренты Microsoft. А с визами ситуация очень простая. У США есть закон, который гарантирует количество этих виз в год. 50 тысяч или что-то в таком духе. Так что как только другие компании перестали нанимать, сразу стало гораздо больше свободных виз.

Александр Лукашевич: Понятно, начали избавляться от издержек, от каких-то расходов и тому подобное, поэтому закрыли.

Никита Кожекин: Просто Microsoft это очень централизированная компания вокруг Редмонда, поэтому реально все действие в Microsoft происходят в основном в Редмонде. Есть еще несколько других офисов, где тоже происходит какая-то разработка, но по сравнению с Редмондом, нигде ничего серьезного не происходит.

Александр Лукашевич: Стоит оговориться, для слушателей, что Редмонд — это предместье Сиэтла. Правильно?

Никита Кожекин: Это относительно недалеко, да.

Александр Лукашевич: Насколько я знаю, даже у Билл Гейтса офис находится именно там.

Никита Кожекин: Билл Гейтс уже официально не работает, но его дом находится недалеко.

Александр Лукашевич: Имел ли ты счастье пообщаться с ним?

Никита Кожекин: Нет, не имел, к сожалению. Я его ни разу не видел вживую.

Александр Лукашевич: Как ты вообще относишься к такой личности как Билл Гейтс?

Никита Кожекин: Это сложный вопрос и сложная личность я думаю. Я про него знаю очень много хороших и очень много плохих историй, поэтому мне сложно относиться к нему однозначно.

Александр Лукашевич: Про хорошие истории мы все знаем, а вот хотя бы одну плохую историю расскажи, пожалуйста.

Никита Кожекин: Я не знаю насколько это плохая история...

Александр Лукашевич: Ну, тем не менее.

Никита Кожекин: Например, известно, что когда он руководил Microsoft, то был очень жестоким руководителем и очень жестоким к конкурентам. Поэтому у Microsoft было много проблем легальных, с судами, с монополиями. Он не имел никаких моральных установок против того, чтобы полностью убивать своих конкурентов, выживать их из бизнеса. Это я думаю известные вещи.

А менее известное... Например, это его дом, известная здесь достопримечательность. В библиотеке у него висит картина Леонарда да Винчи. Не копия, а настоящая картина. По-моему такие вещи должны быть в музее, и нехорошо когда один человек держит их у себя.

Александр Лукашевич: То есть тебе кажется, что это некоторый снобизм?

Никита Кожекин: Это некоторое «заграбастывание» культуры себе. Потому что никакого смысла иметь в собственной библиотеке такую картину нет. На нее могли бы смотреть миллионы людей.

Александр Лукашевич: Да, странно, причем человек такой величины, один из самых богатых людей на планете и с чувством собственного достоинства, наверняка все в порядке. Зачем — непонятно.

Никита Кожекин: Да, но с другой стороны, он очень известен тем, что он не имеет каких- то специальных атрибутов богатого человека. Он не ходит с охраной, то есть всякий таких вещей у него нет. Люди иногда его случайно встречают в кинотеатрах, самых обычных. С обычными людьми, на обычных сиденьях.

Александр Лукашевич: Никит, такой вопрос: хотелось бы узнать, чем ты занимаешь конкретно, каким проектом в Microsoft?

Никита Кожекин: Секрета тут нет, я занимаюсь проектом, который называется Microsoft Exchange. Это почтовый сервер Microsoft. Microsoft хочет конкурировать, в том числе с компанией Google и наша большая цель, чтобы Microsoft не только продавал свой софт в коробочках, как мы всегда делали, но и имел сервисы в Интернете. То, что называется «облачные» сервисы. И мы занимаемся этим. Почта и почтовые серверы это очная важная часть этого дела. Мы — часть офиса, соответственно, мы делаем сервера, мы делаем data центры. На серверах хранятся данные, письма, календари, документы. И сейчас если кто—то покупает новый продукт, такой как Office 365, его документы могут храниться и синхронизироваться через сервера, которые в том числе делаю я.

Александр Лукашевич: Отлично. То есть вы постепенно перешли на такую «облачную» инфраструктуру и архитектуру?

Никита Кожекин: Наша основная задача, как программистов, это поддерживать и разрабатывать «облачную» инфраструктуру. Программист нанимается для роста, для будущего. Потому что считалось, что мы делаем сейчас, то еще не вышло на рынок, а выйдет может через год, два.

Александр Лукашевич: Тут же вопрос, для подогрева интереса. Может намекнешь нам чего ждать от Microsoft в ближайшем будущем?

Никита Кожекин: Боюсь, я не могу рассказать такие вещи.

Александр Лукашевич: Это будет инсайдерской информацией и промышленным шпионажем. Хорошо.

Никита Кожекин: Но, безусловно, еще больше «облачных» сервисов.

Александр Лукашевич: Примерно намек понят. Тогда такой вопрос, переходя от личности Билла Гейтса, хотелось бы у тебя узнать, как ты относишься к компании Apple и ее бывшему руководителю Стиву Джобсу?

Никита Кожекин: Я никогда не был поклонником компании Apple, к счастью для себя.

Александр Лукашевич: Я успел это заметить по твоему блогу.

Никита Кожекин: Да, по-моему они сейчас похожи на Microsoft того времени, когда его никто не любил. Я помню, когда я был студентом, как раз были 90-е годы, когда у Microsoft был самый большой подъем и они сильно давили всех своих конкурентов и воспринимались как самая сильная и крутая компания. Соответственно, я тогда к ним очень плохо относился, а сейчас я к ним стал относиться значительно лучше. Не только потому, что я там работаю, но и потому, что компания уже не воспринимается как такой монополист — победитель. Люди всегда сочувствуют тем, кто им кажется...

Александр Лукашевич: Кто теряет позиции?

Никита Кожекин: Кто не победитель, а кто второй.

Александр Лукашевич: Аутсайдер?

Никита Кожекин: Да, они кажутся более симпатичными. И так как Apple сейчас такой победитель, соответственно, никакой симпатии у меня уже к нему нет. Я думаю, он в ней не нуждается.

Александр Лукашевич: Расскажи, пожалуйста, в твоем блоге http://kitya.livejournal.com ты много времени уделяешь и описываешь свои поездки по США, велоспорт. Расскажи, чем ты занимаешься там, в штате Вашингтон? Нравится ли тебе там жить? Где ты был, где тебе больше всего понравилось в Штатах?

Никита Кожекин: Конечно, мне нравится жить в штате Вашингтон. Он очень красивый, здесь красивая природа и очень много всяких мхов, лесов, гор и снега. Я не был во всех штатах Америки, я был только в очень немногих частях США. В основном вокруг Запада. Я еще ни разу не был на восточном берегу. В принципе, весь западный берег, с точки зрения природы, очень особенный. Потому что на него люди пришли позже, чем на восточный берег. Соответственно, они успели значительно меньше испоганить природу, меньше лесов вырубить. Он более дикий.

Александр Лукашевич: Я видел у тебя фотографии из штата Аризона.

Никита Кожекин: Нет, в штате Аризоне я не был ни разу. Это была, видимо, Юта.

Александр Лукашевич: И как тебе природа Юты?

Никита Кожекин: Юта — это пустыня, похожая на Австралию. Жить бы я там не хотел ни в коем случае, но съездить туда стоит. Это очень красиво и потрясающе.

Александр Лукашевич: Есть ли у тебя какое-то одно определенное место, которое тебя поражает больше всего и тебе туда хочется возвращаться? Из тех, которые ты посетил.

Никита Кожекин: Я думаю, что мне очень нравится национальный парк YellowStone.

Александр Лукашевич: Соглашусь с тобой.

Никита Кожекин: Сложно придумать что-то более красивое в США, чем YellowStone. Это Монтана и Вайоминг.

Александр Лукашевич: То есть опять лесные Штаты?

Никита Кожекин: Это такой внутренний запад и лес там существует только в горах. А там где нет гор, там скорее прерия. Очень сухая и жаркая летом, очень холодная и снежная зимой.

Александр Лукашевич: Расскажи о велоспорте. Давно ли ты им занялся и какие успехи? Насколько я успел прочитать, люди, которые этим занимаются, тратят огромные деньги на те велосипеды, на которых они ездят.

Никита Кожекин: Это для меня скорее развлечение, чем спорт. Я не занимаюсь этим как спортом. Идея в том, что нехорошо производить выхлопные газы от автомобиля, поэтому, почему бы не ездить на работу на велосипеде. Оказывается, что это не так просто как кажется, расстояние от дома до работы большое. Даже дело не только в расстоянии, а в том, что у меня посередине, между домом и работой, довольно высокие холмы. Поэтому вальяжно не поездишь, поэтому приходится поинтересоваться тем, какие бывают велосипеды, чем они отличаются друг от друга и как сделать свою дорогу проще и надежнее, чтобы не было так страшно.

Александр Лукашевич: Расскажи, был ли ты в таких городах как Лос-Анджелес, Сан-Диего, Сан-Франциско. Есть ли у тебя какое-то свое ощущение от этих городов?

Никита Кожекин: Да, конечно был. Я был в Калифорнии и был в этих городах. Я был в Лос-Анджелесе, в Голливуде и в Сан-Франциско, и в Сан-Хосе, где Google и все остальные компании.

Александр Лукашевич: Если взять Калифорнию, какой город ты бы выделил для себя?

Никита Кожекин: Наверно самый приятный город в Калифорнии — Сан-Франциско. Сан-Франциско — это, по-моему, на западном берегу единственный настоящий город. Который воспринимается как город, в европейском смысле, с архитектурой, с домами красивыми. Там, где есть люди, которые ходят по тротуарам... Такой настоящий город. Потому что в тех местах, где я живу сейчас, там городов в европейском смысле нет вообще.

Александр Лукашевич: Да, твое мнение совпадает со многими мнениями гостей подкаста «Многоэтажная Америка». Сан-Франциско — один из самых любимых городов на западном побережье.

Итак, дорогие друзья, по поводу велоспорта и природы. Все фотографии вы можете увидеть в ЖЖ Никиты. Кстати, ЖЖ называется Kitya. Откуда это пошло? И насколько я знаю, друзья зовут тебя Kitya Karlson. Почему, объясни?

Никита Кожекин: Kitya — это сокращение от имени Никита. Если спросить кто я, я говорю Kitya. Меня после этого спрашивают, а по паспорту как? Я говорю, что по паспорту я Nekitya. Абсолютная правда.

А Karlson — это со школьного времени. Мне кажется, что каждый советский ребенок мечтал стать Карлсоном. Карлсон — это такой специальный персонаж для советской культуры, так как он жил на крыше, в Пентхаусе, хулиганил и ничего ему за это не было.

Александр Лукашевич: Который хотел сладкого и пошалить.

Никита Кожекин: Да, по-моему, это мечта каждого уважающего себя ребенка. И что ничего ему за это не было никогда, потому что доставалось всегда Малышу, а не Карлсону.

Александр Лукашевич: Это точно. Ну что Никит, я думаю, что стоит переходить к завершающим рубрикам данного выпуска. Подумай, пожалуйста, и скажи, какие три картинки приходят тебе в голову, когда ты думаешь о США?

Никита Кожекин: Пожалуй, я про все Штаты не могу сказать, потому что я не был во всех Штатах.

Александр Лукашевич: Про твою Америку, так скажем. Три картинки, которые всплывают.

Никита Кожекин: Про мою Америку — это скорее про Штат Вашингтон. Три картинки будут: это то, что называется Хохрейн Форест. Это огромные деревья, покрытые мхами, полностью закрывающие весь свет. Эта картинка навсегда останется в моей памяти, я ее очень люблю.

Конечно, вулканы Рейнир и, наверное, вулкан Сент-Хеленс. Очень красивые места.

Александр Лукашевич: Это те, которые можно увидеть в городе Сиэтл на Скайлайне?

Никита Кожекин: Рейнир можно увидеть на Скайлайне в хорошую погоду, но это бывает редко.

Я думаю вот эти две картинки у меня будут про штат Вашингтон самые важные. А если третья картинка, которая ассоциируется со всей Америкой, то, наверное, это небоскребы Нью-Йорка. Но сам лично я их ни разу не видел, а видел только на картинках.

Александр Лукашевич: Хорошо. Теперь мы переходим к завершающей рубрике. Пожалуйста, поделись со слушателями подкаста «Многоэтажная Америка» тремя сайтами, интересными на твой взгляд. Которые ты посещаешь довольно часто.

Никита Кожекин: Первый сайт будет https://xkcd.com/ — это веб-комиксы, они очень смешные. Второй сайт это ЖЖ, который называется http://taki-net.livejournal.com/. Мне кажется этот человек очень умный, он пишет про разные вещи, социальные и важные.

Александр Лукашевич: Он какой национальности?

Никита Кожекин: Это русский человек, он пишет по-русски.

Александр Лукашевич: А про что вообще рассказывает, про какую локацию?

Никита Кожекин: Это скорее про все локации, он пишет про социальные темы, про Россию, про новости которые в мире происходят.

Александр Лукашевич: Хорошо, я попрошу тебя тогда оставить данные сайты в комментарии под подкастом, чтобы люди могли щелкнуть и зайти. И третий сайт?

Никита Кожекин: Я до сих пор читаю http://cooler-online.ru/. Там пишет человек из Иркутска, этот сайт с разными новостями и новинками техники. Довольно интересный.

Александр Лукашевич: Никит, спасибо тебе за такой интересный рассказ, такая судьба очень непростая у тебя складывается, состоящая из случайностей. И эти случайности привели тебя в США. Я думаю, что твоя мечта осуществится, ты съездишь на восточное побережье, там тоже очень красиво. Я могу сказать, что такие штаты как Мэн или Нью-Хэмпшир не уступают штату Вашингтон по красоте своих лесов и природы. Несмотря на то, что были освоены в первую очередь.

Спасибо тебе за твое время.

Дорогие слушатели, это был подкаст «Многоэтажная Америка». С вами был я, Александр Лукашевич и Никита Кожекин. Не забывайте, про группу «Вконтакте», где есть все последние новости по поводу данного подкаста, много разной интересной информации про США — http://vk.com/m_amerika. Итак, Никит, еще раз спасибо тебе и пока.

Никита Кожекин: Спасибо, пока.

Ширина

Никита Кожекин, в сети более известный, как Kitya Karlson, удивительный человек — закончил МГУ, уехал в Японию получать ученую степень, переместился в Австралию из-за интереса к сумчатым, а в данный момент проживает в США, в штате Вашингтон и работает в компании Microsoft. Продолжаем тему успешных IT-специалистов в подкасте «Многоэтажная Америка».

В подкасте:

— Что общего между культурами Японии и России?
— Насколько сложно выучить японский с нуля.
— Какова была причина переезда из Японии в Австралию.
— О разнообразии кенгуру.
— Каковы условия работы в канадском офисе Microsoft.
— Редмонт — столица Microsoft.
— Об интересных, любимых и красивых местах США.

Выпуски

Комментарии

  • 0
    Три сайта которые я часто посещаю:
    https://xkcd.com/ - очень забавные веб-комиксы.
    http://taki-net.livejournal.com/ - очень умный ЖЖ про социальные вопросы и политику.
    http://cooler-online.ru/ - различные новости технологий.
    23 ноября 2012

  • 0
    Классный подкаст! У Никиты просто отсутствует страх неудачи и боязнь самоутвердиться в чужой культуре. Никит, насколько я знаю в Австралии нет такого как в Японии и тебя легко через некоторое время принимают за своего, так ли это?
    11 декабря 2012