USSR vs USA. Как это было?

0
2 ноября 2012
9006 прослушиваний

Требуется обновление Чтобы прослушать подкаст, необходимо обновить либо браузер, либо Flash-плейер.
Встроить
Текстовая версия

Александр Лукашевич: Привет, дорогие друзья! С вами я — Александр Лукашевич. И следующий выпуск «Многоэтажной Америки». Сегодня у нас сенсационный выпуск, не побоюсь этого слова, потому что в гостях у нас не просто житель Соединённых Штатов Америки, но еще и такой известный деятель в политических кругах и в университетских кругах. Преподаватель, а также профессор из Южно-Калифорнийского университета, прямиком из Калифорнии, из Лос-Анджелеса, зовут его доктор Wayne Glass, который до преподавательской деятельности отдал, буквально, 26 лет политической карьере. Он работал в Конгрессе США, а также работал на Пентагон, работал в сфере внешней политики и международных отношений, а также национальной безопасности. Уже около 10 лет преподает в выше озвученном университете.

И так, доктор Wayne Glass, hello!

Wayne Glass: Hello! Доброе утро!

Александр Лукашевич: Как у вас погода в Лос-Анджелесе?

Wayne Glass: В Лос-Анджелесе может быть хорошая погода, солнце светит. Но я живу в Lake Tahoe.

Александр Лукашевич: Ааа, вы живете на озере Тахо.

Wayne Glass: И сегодня в Lake Tahoe у нас есть снег, много снега.

Александр Лукашевич: В этом мы с вами солидарны, потому что у нас один градус ниже ноля, в Санкт-Петербурге.

Первый вопрос для доктора Wayne Glass это — какой любимый город у вас есть в Соединённых Штатах Америки и вообще выделяете ли вы какой-то один город особняком от остальных?

Wayne Glass: Спасибо большое, это очень интересный вопрос! Мой любимый город в США, я думаю, что это Сан-Франциско. Сан-Франциско напоминает мне Владивосток. Это красивая гавань и интересный город с жителями со всех стран мира.

Александр Лукашевич: Доктор Glass, а вы себя относите к какому побережью больше? Или может к какой части США. Вы себя ассоциируете с той или иной частью Соединённых Штатов Америки? То есть вы человек восточного побережья, по натуре своей, с западного или вы со средней части штатов.

Wayne Glass: Ещё один отличный вопрос! Моё личное профессиональное начало исходит с восточной части США. У меня много прекрасных воспоминаний с восточного побережья — Балтимор, столица Вашингтон. Я жил в этих городах долгое время, но моё детство прошло в штате Нью-Мехико, в западном штате. Так что часть меня ещё и человек с запада. Я люблю открытые пейзаж запада, чувствовать его природу, так что мой ответ — я разделен пополам. Одна половина — это восток, а второй — по сей день, является западом.

Александр Лукашевич: Хорошо, а почему тогда именно Калифорния?

Wayne Glass: Именно в Калифорнии моя жена нашла работу, которую хотела. Устроилась директором школы. Её родители жили неподалеку. У её мамы была болезнь Паркинсона, так что для неё имело смысл переехать, чтобы начать работать там и для нас в целом, чтобы быть по ближе к её родителям. На тот момент я вышел на пенсию с государственной службы в Вашингтоне.

Александр Лукашевич: Доктор Glass, почему вы выбрали именно Принстон и специализацию связанную с Россией? Какие на это были причины?

Wayne Glass: Спасибо за этот вопрос! В 1963 году я окончил старшую школу. Был разгар Холодной войны. Американцы были обеспокоены Советским Союзом, в частности, Кубинским кризисом. Я тоже был обеспокоен Холодной войной, по этому я хотел поступить в университет, в котором я смог бы более тщательно узнать о России, чтобы понять суть и смысл Советского Союза. В Принстоне была отличная программа по этому направлению. Я посетил кампус, который, как мне показалось, был похож на Оксворд. Тогда я был молодым парнем из штата Нью-Мехико и естественно никогда не был в Оксворде. Принстон, как мне показалось, был правильным выбором, с его красивым кампусом, знаниями и опытом о России, который я, горел желанием, приобрести.

Александр Лукашевич: Такой вопрос: 63 год — это год окончания Hight shcool, правильно?

Wayne Glass: Правильно.

Александр Лукашевич: Доктор Glass, известный факт, что в конце 60-х маккартизм стал ослабевать. Так вот, не было ли к вам такого подозрения, ведь вы интересовались Россией и Советским Союзом?

Wayne Glass: Это правда. В начале 1960-х годов в Америке было большое недоверие ко всему, связанному с Советским Союзом. Общество подозревало тех, кто интересовался Союзом и задавалось вопросом: были ли эти люди патриотами или были потенциальными врагами. Как я ранее упомянул, Кубинский ракетный кризис произошел в 1962 году. Кстати, на этой неделе — 50-летие со времен того события. Кубинский кризис действительно представлял угрозу для американцев. Нам реально пришлось задуматься о потенциальных разрушениях Ядерной войны. То событие заставило меня серьезно задуматься о политической ситуации вокруг Холодной войны. Я почувствовал, что было важно понять Коммунизм, понять Советский Союз и понять Россию, учитывая, что все три являются разными факторами. Я решил учиться, чтобы понять, выяснить какой лучше путь, чтобы избежать войны. В особенности избежать вариант Ядерной войны, которая казалось возможной во время Кубинского ракетного кризиса. Окружающие не подозревали меня, потому что тогда я был молодым парнем, у людей было обо мне хорошее мнение. У меня было много друзей и не думаю, что кто-то подозревал, что я мог являться потенциальным предателем. Но те, кто были в кино-индустрии или в общественной деятельности и при этом занимались изучение Советского Союза, были подозрительными и подозреваемыми. Мои же старания изучить Коммунизм, Советский Союз и Россию — были очень искренними и, я думаю, все это чувствовали. Все верили, что я был искренне заинтересован понять и изучить Россию.

Александр Лукашевич: Доктор Glass, я читал, что во время Холодной войны, в Соединённых Штатах проводились тревоги ядерной опасности в школах, да и не только в школах. Вот по этому вопрос: Участвовали ли вы в таких учениях и прятались ли вы когда либо под парты?

Wayne Glass: Так оно и есть. Когда я учился в школе, у нас проводилась тревога. Сейчас это кажется смешным, когда оглядываюсь назад. Звенел звонок, мы прятались под парты в нашем классе, как будто бы это могло спасти нас от ядерного взрыва или его последствий, но тем не менее мы проделывали такие учения. Это не было шуткой, мы все были серьезно настроены. Мы ведь не знали чего ожидать, страна не знала. Мы чувствовали, что мы должны были что-то сделать, чтобы выжить в Ядерной войне. В США подземное метро существует только в некоторых городах, так же как в Санкт-Петербурге и Москве. Эти метро могли бы послужить убежищем, куда люди могли бы пойти, чтобы остаться в целости и сохранности. Уж куда безопаснее в метро, чем в кабинете под партой.

Вот небольшая история того времени: Во времена Холодной войны, когда я учился в высшей школе, я хотел пригласить девушку на свидание. Однажды я ей позвонил и предложил пойти в кино. Она сказала, что она бы с удовольствием пошла, но к сожалению, не может. «Почему ты не можешь пойти в кино?» — спросил я. И она ответила — «Потому что я помогаю отцу строить бомбоубежище на нашем заднем дворе»

Александр Лукашевич: Вау! Доктор Wayne Glass, скажите, пожалуйста, перед тем как поступить в Принстон и изучать внешние отношения с Советским Союзом, на тот момент, сейчас уже когда у России и США являются партнёрские и хорошие отношения, можно сказать. Сейчас можно совершенно смело об этом говорить и оборачиваться назад совершенно спокойно. Вот хотелось бы задать вопрос: Тогда, когда вы поступали в Принстон, в 63 году, являлся ли Советский Союз для вас врагом? Лично для вас.

Wayne Glass: Я больше был озабочен тем, что наши государства являлись врагами, но я никогда не верил, что люди в наших странах были врагами друг другу.

Александр Лукашевич: Хорошо! Следующий вопрос: Доктор Wayne Glass, расскажите, пожалуйста, об опыте участия офицером во Вьетнамской войне. В непопулярной войне, в американском понимании и вообще в Америке. В войне, которая, можно совершенно смело сказать, что была, если не лишней, то довольно таки болезненной для всей американской нации. Что вы можете сказать об участии в этой войне и какое ваше личное отношение к этому событию в истории США?

Wayne Glass: Думаю, что война во Вьетнаме была важной главой в истории Холодной войны. Она последовала почти сразу после Кубинского ракетного кризиса и послужила классическим примером того, как Холодная война стала «горячей» войной. На Кубе не было войны, было страшно, но война не произошла, а во Вьетнаме была война. Это было отражением недоверия между США и СССР. Это не случилось мгновенно, шаг за шагом война во Вьетнаме обострилась и американцы начали понимать, как дорого она стала обходиться. Тогда в США начала формироваться оппозиция против войны. Я, так же как и многие американцы, не сразу начал поддерживать оппозицию, но позже поддержал, потому что чувствовал, что оба государства совершили ошибку. Я не мог поверить, что советский народ был действительно заинтересован в управлении всем миром. Американские политики говорили, что Советский Союз хотел править миром и американский народ в это верил, по этому он так сильно поддерживал наше сражение во Вьетнаме. Мы не против вьетнамцев, а против Советского Союза. Я был против войны, потому что на неё затрачивались средства и мне казалось, что сама война была ошибкой. Вьетнам — это не про Советский Союз, по моему мнению. Вьетнам — это про Вьетнам. И американские политики совершили большую ошибку.

Александр Лукашевич: Доктор Wayne Glass, как вы относитесь к тому факту, что в 1971 году газета New York Times опубликовала знаменитые, совершенно секретные, пентагоновские бумаги, которые были выкрадены бывшим морским пехотинцем, ученым и общественным деятелем Дениелом Эллсбергом. И из них было совершенно явно понятно, что Президент Джонсон обманывал собственный народ и обманывал весь мир, когда обвинял Северный Вьетнам о нападение на американский корабль в Тонкинском заливе. И воспользовался этой ложью, чтобы начать бомбежки Ханоя. Тем самым нанеся тяжелый удар по престижу собственной страны. Многие в тот момент назвали этот поступок Эллсберга предательским, но а как вы считаете, такие факты о лжи первых лиц государства должны появляться в средствах массовой информации или нет?

Wayne Glass: Я знаком с событием, о котором вы говорите, о предполагаемой атаке на американские судна в Тонкинском заливе. Также знаком с теми бумагами Пентагона, в которых говорилось, что эта атака была фальсификацией и использовалась, чтобы оправдать резолюцию, дающую право США предпринять увеличение военной активности во Вьетнаме. Когда эти сведенья стали достоянием общественности, много людей вышло на демонстрации против войны, потому что правительство им солгало. Но так же для многих американцев не имело значение, что правительство говорило неправду. Как я ранее уже говорил, американцы верили, что Советский Союз был намерен править миром и правительство США должно было сделать всё возможное чтобы это предотвратить, даже если бы приходилось обманывать свой собственный народ. Это было тогда. Вопрос про сегодняшний день — следует ли правительству быть прямолинейным и говорить только правду своему народу? Думаю, что существуют некоторые вещи, которые правительство должно держать в секрете. Иногда не стоит открыто рассказывать обо всём, так как государствам удается достигнуть мирной резолюции, при этом не раскрывая всех деталей. С другой стороны правительство никогда не должно врать, оно никогда не должно врать своему народу!

Александр Лукашевич: Доктор Wayne Glass, скажите, пожалуйста, как вы относитесь к ситуации вокруг Wiki Leaks и Джулианом Ассанж, который возглавлял эту организацию? Что вы можете сказать по поводу этого?

Wayne Glass: Думаю, что Wiki Leaks с одной стороны оказались хорошим событием, а с другой стороны — плохим. Думаю, что вся эта ситуация вокруг Wiki Leaks послужила предостережением и замечанием американскому правительству, а также и правительствам других государств. Это показало, что, что бы они не делали, пытаясь лгать своему народу, это всё равно выйдет наружу. И к тому же, является неэтичным и даже опасным. Это предостережение всем государствам о том, что они должны быть очень аккуратны, когда решают, что они хотят скрыть от своего народа. По этому, думаю, Wiki Leaks были позитивны, потому что были предостережением, чтобы государства были более осторожны при общении между собой. С другой же стороны инцидент с Wiki Leaks был плохим. Когда проходят определенные дипломатические переговоры, дипломаты пытаются просто посмотреть, есть ли у какой-то идеи возможность продвижения вперед. Если информация о переговорах станет доступна общщественности, то это сможет негативно повлиять на переговоры и предотвратить мирный и положительный исход.

Александр Лукашевич: Хорошо. Доктор Wayne Glass, я извиняюсь, потому что я задаю много вопросов про войны, но это очень интересная страница в истории и вы, как человек, который специализируется во внешних, международных отношениях и внешней политики США, как никто другой, можете дать экспертную оценку тем или иным событиям. Это подтверждает ваш опыт в Конгрессе и Пентагоне. Соответственно, следующий вопрос, так же после Вьетнамской войны, где определенную роль в вовлечении Соединённых Штатов в эту войну сыграл Советский Союз. Сейчас хотелось бы поговорить о войне в Афганистане, именно в 80-х годах. Когда Советский Союз напал на Афганистан. Я читал где-то в интернете определенные мнения по поводу этого и там я вычитал, что определенную роль в этом сыграла ЦРУ Соединённых Штатов Америки, а так же, никто иной, как советник, по моему, советник при администрации Президента, в тот момент. Звали его Збигнев Бжезинский, который был, можно сказать, автором той идеи, чтобы затащить Советский Союз в эту войну. Знаете ли вы что-либо по этому поводу? — это первая часть вопроса. И вторая часть вопроса это — как вы относились тогда к войне Советского Союза и Афганистана и как вы относитесь к ней сейчас?

Wayne Glass: Много вопросов. Первый связан с интервенцией Советского Союза в Афганистан в 1979 году. Я тогда был очень разочарован. В то время я работал в Сенате и Конгрессе и Сенат обдумывал соглашение, известное как ОСВ-2, переговоры об ограничении стратегических вооружений. Ограничить количество межконтинентальных баллистических ракет и ограничить ядерную гонку между США и Советским Союзом. Когда Советский Союз вошёл в Афганистан, это стало невозможным, соглашение не было ратифицировано.

Я очень разочаровался, когда это случилось. Вторая часть насчет Збигнева Бжезинского, он польского происхождения и в моё время, он был одним из сторонников жёсткой политики в риторике Холодной войны. В этом контексте всё, что бы потенциально не делал Советский Союз, было плохим, всё что ни делали США — считалось хорошим. Я не уверен насчет его личной роли в отношении развязывания войны в Афганистане, но я знаю, что он сыграл важную роль в обсуждениях в Вашингтоне, вызвавшие, в администрации Картера и Конгрессе, решение остановить переговоры по ОСВ и сделать всё возможное для бойкотирования Олимпийских игр в 1980 году.

Думаю, что Бжезинский выбрал как раз тот момент для поддержки жесткого курса во внешней политики США в ответ на всё, что делал Советский Союз. Он продолжает писать по сей день, я предполагаю. Признаюсь, что я не читал ни одной из его недавних публикаций. Думаю, что он послужил препятствием по установлению дружественных отношений, сближению и общению между нашими странами. Когда ситуация стала меняться, в 1985, когда мистер Горбачев стал лидером, генеральным секретарем, здесь климат стал меняться. Тогда взгляды Бжезинского стали менее популярны, чем во время разгара Холодной войны и начала Советской войны в Афганистане.

Третья часть вашего вопроса насчет Американской войны в Афганистане. Следует заметить, что первопричиной американской интервенции послужила наша озабоченность об Аль-Каида и о террористе Усама Бен Ладане и так далее. По этому думаю, что на тот момент у США была уважительная причина. Однако, исторически, как это уже испытал на себе Советский Союз, различные западные страны были вовлечены в Афганистан по разным причинам. Британцы, русские и сейчас американцы — все нашли свои собственные причины.

Политика Афганистана очень сложная, разносторонняя, историческая и связанная с их культурой, по этому все их проблемы кажутся мне неразрешимыми. Если западная страна вовлекает себя в Афганистан, как показывает история, она не придет ни к какому решению или исходу. Первоначально США ввязались в войну в Афганистане, с целью борьбы с Аль-Каидой. Сейчас Усама Бен Ладен мертв и Аль-Каида не на столько сильна, как 10 лет назад. Нахождения США в Афганистане происходит, как будто бы по инерции. Президент Обама заявил о своём намерении вывести войска к 2014 году.

Думаю, понимая тот самый исторический феномен, что вовлечение в Афганистан — не приведет ни к какому разрешению проблемы. Это мой взгляд на Афганистан на сегодняшний день. Я надеюсь, что США выведут войска и вместе с другими странами поспособствуют политическому и экономическому развитию и помогут Афганистану стать жизнеспособной страной.

Александр Лукашевич: От военных вопросов, Доктор Wayne Glass, хочется перейти к вопросам университетским, также очень интересным. Что вы можете сказать по поводу метода обучения в Соединённых Штатах Америки? Знакомы ли вы с методом обучения в России? И если знакомы, то какие плюсы и минусы вы можете привести американской высшей школы и плюсы и минусы российской.

Wayne Glass: Спасибо, Александр. Очень важный вопрос! Способ преподавания в американских университетах подразделяется на два типа. Первый — это традиционная европейская модель — профессор диктует лекцию на протяжении часа или полутора часов, образуя односторонний разговор. В обязанности студента входит записывание лекций, умение внимательно выслушать и запомнить, что говорит или диктует профессор, затем повторить сказанное им на экзамене. Это традиционный метод. В некоторых случаях профессор может сказать, что сам думает по тому или иному вопросу и задать вопросы студентам о том, что он сказал — это метод Сократа. Первая модель по моему мнению несет ограничения. Конечно, хорошо, что студенты получают информацию, но они редко соревнуются в аналитичности и умении думать самостоятельно.

Я выбрал совершенно иную модель преподавания в своих классах в университете. И она сильно отличается. Мне нравится включать в свои лекции различные упражнения, которые я называю — симуляциями, моделированием, где каждому студенту присваивается своя роль. Поскольку в моих классах происходят политические дискуссии, то студенты играют роль Президента, гос. секретаря, министра обороны, сенатора или главного военного лидера. Затем студенты должны провести своё собственное исследование и узнать как можно больше о своей роли. Потом я создаю сценарий кризиса, например, террористы заполучили склад с ядерными припасами в Пакистане. Задача студентов — найти решения этой проблемы и выяснить как ответить на кризисные обстоятельства. Производя исследования и играя назначенные роли студенты узнают о сложной ситуации в Пакистане. Не только о внутренней политики, но и о проблемах связанных с ядерным оружием. Студенты обсуждают между собой все детали и пытаются найти решение. Я называю это — «Решением проблем самими студентами». Я осмелюсь заявить, что такой опыт куда интереснее для студента. Он заставляет задуматься о глубине и сложности проблемы и о том, как сложно решать такие проблемы в реальной жизни. Это американское образование.

У меня не было возможности провести много времени на занятиях в России, но подозреваю, что у вас используется традиционный европейский метод обучения — профессор преподносит информацию, студенты слушают и так далее. Может быть в российских институтах существует коррупция, о которой я лично слышал. Может быть она так же существует в американских институтах, но об этом, я лично, ничего не слышал, но это возможно. Что касается стиля преподавания в России, он имеет тенденцию следовать традиционной европейской модели.

Александр Лукашевич: Доктор Glass, скажите, а вам интересней преподавать для разно народной массы студентов, то есть состоящей из разных национальностей. Либо вы предпочитаете классы, наполненные американцами?

Wayne Glass: Отличный вопрос, так как Университет Южной Калифорнии принимает наибольшее количество интернациональных студентов, чем любой другой университет США. В моих классах присутствовали студенты со всех стран мира, например, если я проводил симуляцию моделирования о Среднем Востоке, то студенты из Израиля или американские евреи, студенты из Ирана, Европы, России играли роль лидеров своих стран. Такая интернациональная атмосфера создавала очень динамичные обсуждения, которые зачастую студенты принимали близко к сердцу, будучи каждый представителем своей страны. Такая роль способствует стимулированию мышления, так что, естественно, я предпочитаю широкую аудиторию студентов со всех стран мира. Ещё хочу добавить, что участвуя в таких упражнениях, студенты не только узнают новую информацию, но также развивают умение слушать, анализировать, отвечать и общаться в дебатах. И в политической среде Вашингтона, в которой я работал на протяжении многих лет, а также в мире бизнеса, эти навыки являются одними из самых главных.

Александр Лукашевич: Доктор Wayne Glass, хотел бы задать вам вопрос от подписчиков группы «Многоэтажная Америка» в социальной сети Вконтакте. Вот, например, первый вопрос был — «Почему вы решили преподавать именно в Калифорнии?» — мы на него ответили. «Почему вы переехали в Калифорнию?» — это и так понятно. Кристина Александрова спрашивает — «Как попасть в University of Southern California?». Как попасть? Ну, я думаю, что ничего сложного в этом вопросе абсолютно нет, то есть попасть можно с помощью scholarships или стипендии, накопить деньги и приехать учиться туда. То есть, в принципе, тоже ничего сложного и всё это можно найти в подкастах «Многоэтажной Америки».

Вот такой вопрос, немножко с русским сленгом, но я думаю, что если его переиначить, то «Как решить конфликт с афроамериканцами и вообще как обстоят дела с расизмом к таким меньшинствам, как афроамериканцы в Америке?» — это вопрос от Максима Чернова.

Wayne Glass: Да, это важный вопрос для Америки. Не только для Америки, но я для других стран с многообразным населением и различными этническими группами. Думаю, что не существует определенного решения этой проблемы, но важно, чтобы люди приняли позицию толерантности, потому что все не могут быть одинаковы. Наоборот, каждая народность выглядит, говорит и ведет себя по разному — так было всегда и так будет. Думаю, что различия между людьми являются причиной страха и озабоченности, потому что они не знаю чего ожидать друг от друга. Они не понимают, что все разные и коричневые, и черные, и белые, а именно эти различия должны быть включены в культуру и важно предоставлять равные возможности для всех этнических групп.

В этом смысле, мне кажется, США сделали многое для развития гармоничных отношений между расами. Я не говорю, что у нас нет проблем с расизмом, конечно, они есть, были и всегда будут. Но в то же время США удалось предоставить возможности для всех. Посмотрите на наше правительство — чернокожие, мужчины, женщины, азиаты, латиносы, все они продвигаются вперед в американском обществе, бизнесе и политики. Мы стали и становимся куда более многонациональным обществом, чем когда-либо. Думаю, это хорошо, это часть американской традиции. Америка стала страной эмигрантов в 18м и 19м веках. Мы до сих пор являемся страной эмигрантов, мы нашли правильный способ. Может он не идеален, но этот способ позволяет людям, из различных этнических групп, вместе жить, работать и становиться успешными в этой стране. Хотя существует много вещей, которые меня беспокоят в поведении Америки в данное время. Например, консервативные взгляды на ограничение эмиграции. Но в целом, я считаю, что США хорошо улаживают эту сложную задачу «несхожести и разновидности». Некоторые страны Европы и Азии, например, Япония, имеют традицию гомогенности однообразия и для них трудно принять саму идею разнородного населения, но наверное они никогда не столкнутся с такой задачей. Конечно, Соединённые Штаты имеют проблемы в этом вопросе, но с некоторыми исключениями мы добились прогресса в нём.

Александр Лукашевич: Следующий вопрос будет от Владимира Астанина: «Доктор Wayne Glass, как вы считаете, возможно ли русскому человеку полностью адаптироваться в США по приезду туда? С принятием всех традиций по укладу жизни.»

Wayne Glass: Я думаю, что это возможно, хотя, может быть и сложно. Многие русские, которые приезжают в США оставили позади свое привычное окружение, школу, работу, друзей. Они приехали в Америку в надежде на лучшее будущее. Во многих случаях мне кажется это возможным. На протяжении многих лет я работал репетитором английского, в Вашингтоне, с пожилыми, молодыми и русскими среднего возраста. Меня беспокоит, что новое поколение молодых русских, которые приехали в США быстро американизировались и сделали всё возможное, чтобы забыть о своих корнях, по моему, это ошибка.

Александр Лукашевич: Кто станет следующим Президентом США и как это отразится на отношениях с Россией? И второй вопрос: Возможна ли отправка русских студентов по обмену в ваш университет, в университет Southern California?

Wayne Glass: Первый вопрос насчет Президента. Мне кажется, Президент Обама будет переизбран, но с очень маленьким отрывом.

Второй вопрос по поводу отношений между США и Россией. В США есть много дипломатов, которые хорошо знают Россию и их волнует, что происходит в вашей стране. Майкл Макфол — посол США в России, обладает глубокими знаниями о России, понимает русскую историю и культуру, его заботит, что происходит с русским народом.

Роуз Геттемюллер, мой друг, она является большой официальной личностью в Гос. Департаменте. Она тоже много знает о России, российской истории и политике, и народе. Два, названные, мной, дипломата лишь одни из многих, которые заботятся и заинтересованы в позитивных отношениях между Россией и США. Они при администрации Обамы, если он будет переизбран, то, я думаю, они останутся на своих постах и продолжат работать над улучшением американо — российских отношений. Если изберут мистера Ромни, я не знаю, кто будут его советниками по делам России. Это не редкость среди консервативных рядов США, что эти люди сохранили менталитет Холодной войны. Подозреваю, что если выберут Президентом мистера Ромни, то будет конфронтационная позиция между нашими двумя странами — это будет не хорошо. В любом случае, моё предсказание — Обама выиграет. И в администрации Обамы работает много людей, которые посвящают себя работе на улучшение отношений с Россией.

В Университете Южной Калифорнии много студентов из России. Думаю, что для них это было очень позитивным опытом. Они все приехали разными способами, через разные программы. Они выиграли стипендии, гранты, чтобы приехать в Университет Южной Калифорнии. Кстати, для русского студента есть возможность приехать в США и поступить в престижный и отличный университет, такой как Университет Южной Калифорнии, через разные программы. Насколько мне известно, у нас нет прямой программы между Университетом Южной Калифорнии и российскими университетами. У нас есть соглашение о сотрудничестве с СПБГУ в Санкт-Петербурге и МГИМО в Москве. Так что я советую вашим подписчикам поспрашивать в своих местных университетах о связях с Университетом Южной Калифорнии, может им удастся выбрать определённые программы, которые могут помочь им выиграть гранты и стипендии и приехать учиться в США.

Александр Лукашевич: Доктор Glass, вам как человеку мудреному опытом, может быть было бы лучше посоветовать нашим слушателям почитать какие-либо книги вместо сайтов. Ну смотрите сами, вы можете выбрать и то, и другое.

Wayne Glass: Первый сайт это — carnegie.org — это фонд Карнеги, у которого есть офис в Москве. Сайт на английском и русском языках, так что будет удобно вашим подписчикам, чтобы узнать побольше об организации, которая настроена на развитии позитивных отношений между США и Россией. Там обсуждаются многие международные, политические темы, будь то Иран, Пакистан, Афганистан, Средний Восток или темы, связанные с нефтью. На сайте можно найти обсуждаемые вопросы и деятельность фонда Карнеги в Москве. Думаю, это может быть интересно для студентов России.

Второй сайт, который я рекомендую, это — nti.org. Мне кажется, этот сайт, имеет так же русскую версию. Там всё про контроль ядерного оружия, оружия массового уничтожения. Это очень информационный и объективный сайт.

Третий сайт, который я рекомендую это от Arms Control Association — Ассоциация по контролю оружия — armscontrol.org. Это еще один информационный сайт об американских политических взглядах на международные отношения, в особенности на усилие работать совместно с Россией на решение политических проблем, таких как Северная Корея, Иран и так далее.

Я постоянно захожу на эти сайты и регулярно слежу за ними. Думаю, что студентам, которые заинтересованны в международных отношениях, американских взглядах и ежедневных событиях в этих сферах, будет тоже интересна эта информация.

Струд Тоболд работал заместителем государственного секретаря при администрации Клинтона. Он ученый мирового класса, высокопоставленный политик, хорошо знающий российско-американские отношения. Он участвовал в важных переговорах между Россией и Америкой на протяжении долгого времени. Он был директором Бруклинского Института, одного из важнейших аналитических центров США. Струд Толболд сильно уважаем в американских кругах. Он уважем и знаменит, как человек, который знает, понимает и заботится об американо-российских отношениях. Его книга под названием «Russia Hand» — «Российская рука», очень информационная и содержательная. Рассказывает о длинной истории американо-российских отношений в период перехода Советского Союза в Российскую Федерацию, во времена Горбачева, Ельцина. Так что, если кто-то ищет историческую информацию от первого лица, должен прочитать Струда Толболд. Нет лучше книги, я думаю, чем его мемуары под названием «Russia Hand».

Александр Лукашевич: Может быть что-то из художественной литературы?

Wayne Glass: Дайте мне подумать. Я не очень много читаю художественную литературу, по этому даже не знаю, что порекомендовать. Сейчас я читаю замечательную книгу — Биографию Джорджа Кенона. Джордж Кенон — это Струд Тоболд, только 30х-40х годов. Он был первым американским дипломатом, который больше всех знал о Советском Союзе в то время. Он был центральной фигурой во внешней политики США во время Холодной войны. Мне очень интересно побольше узнать о его жизни и корнях американо-российских отношений после Октябрьской Революции и как в то время Америка воспринимала Советский Союз, как эти восприятия поменялись со временем. Думаю, что история Кенона очень наглядна. Отношения между нашими странами были очень сложными в 20м веке.

Я продолжаю надеяться, конечно, что отношения будут налаживаться, думаю, сложно наладить отношения, пока не поймешь всю историю. Так что книга, написанная Кеноном и книга, написанная Тоболдом расскажет американским и российским читателям о важных событиях за всё время отношений между Америкой и Россией.

Что касается литературы, то я люблю поэзию и читаю Мэри Оливер, она современный американский поэт, она обладает прекрасным чувством гуманности, чувством природы и нашим чувствам человеческой природы в поэтическом выражении. Мне очень нравится её поэзия, на мой взгляд она полезна. Конечно, мне так же нравится русская поэзия и я её читаю, но я знаю, что сложно понять поэзию на другом языке, поверьте мне. В любом случае, я рекомендую всем подписчикам, которым нравится поэзия, почитать Мери Оливер.

Александр Лукашевич: Доктор Wayne Glass, спасибо вам огромное за ваше время, которое вы предоставили подкасту «Многоэтажная Америка» и ответили на мои вопросы. Я думаю, что для слушателей это будет очень интересное интервью и вдруг если появится такая возможность, то можно было бы сделать вторую часть данного интервью и поговорить о других политических и не только вопросах. По этому спасибо вам огромное!

Ну что ж, это была Многоэтажная Америка, я Александр Лукашевич, а так же мой гость, прямиком из Калифорнии, точнее с Озера Тахо, как он меня поправил — Доктор Wayne Glass. Спасибо! Не забывайте про группу во Вконтакте — vk.com/m_amerika

Ширина

Друзья, у вас есть уникальная возможность послушать человека эпохи сложных отношений между Россией и США — эпохи Холодной войны. Человек, получивший образование в Принстонском университете, изучавший Россию всю свою жизнь, прошедший войну во Вьетнаме, работавший в Конгрессе Соединённых Штатов, — профессор Wayne Glass — расскажет о своём видении на различные исторические события, поделится опытом в преподавательской деятельности, а также ответит на вопросы подписчиков сообщества «Многоэтажной Америки». Мы отправляемся на озеро Тахо, где и поговорим с профессором об интересных и значимых событиях.

В подкасте:

— Каково было интересоваться СССР и изучать коммунизм в США во времена Холодной войны.
— Отношение профессора к Вьетнамской войне.
— Об образовательных моделях США и России.
— Насколько остро в США сейчас стоит вопрос расизма и как он разрешается.
— Насколько сложно сейчас поступить в престижное высшее учебное заведение США, что для этого необходимо.

Выпуски

Комментарии