University of Texas at Dallas

0
5 октября 2012
7831 прослушивание

Требуется обновление Чтобы прослушать подкаст, необходимо обновить либо браузер, либо Flash-плейер.
Встроить
Текстовая версия

А.Лукашевич: Привет, дорогие друзья, с вами я, Александр Лукашевич, и следующий выпуск подкаста «Многоэтажная Америка», где мы связываемся по скайпу, либо приглашаем в студию Подстера гостей, которые могут рассказать нам много интересного о таком далеком континенте, о Северной Америке, о Соединенных Штатах Америки, о Канаде. Или о каких-то других странах, которые находятся недалеко от границ Соединенных Штатов. Почему это интересно? Да потому что, наверное, это одна из самых таких сильных экономик в мире, такая, довольно-таки, сильная страна, и довольно-таки интересная. Точно так же, как и наша с вами страна Россия-матушка. Итак, у нас сегодня в гостях молодой человек, которого зовут Павел Большаков, ему 19 лет. И чем примечателен Павел, да тем, что в возрасте, можно сказать, Тома Сойера. Правда, Тому Сойеру было 12 лет, а вот Павлу было 9, когда он вместе с мамой, своими братьями переехал по ту сторону Атлантического океана, чтобы жить, учиться, получать образование в Соединенных Штатах Америки. Итак, Паша, привет!

П.Большаков: Привет, Саша!

А.Лукашевич: Слушай, ну, давай, наверно, расскажем, чем ты сейчас занимаешься, да. Сейчас ты являешься студентом университета University of Texas в Далласе, правильно?

П.Большаков: Да, да, да.

А.Лукашевич: И получаешь образование по специальности Electrical engineering.

П.Большаков: Да, да, да.

А.Лукашевич: Все верно, на втором курсе. И как тебе, нравится там?

П.Большаков: Мне здесь очень нравится, здесь такая атмосфера, здесь не как в Гарварде, Йеле. Вот есть такие школы, которые просто там они на вечеринках как бы каждую неделю ходят. А здесь атмосфера, которая как бы, здесь нужно получать пятерки, здесь такие умные. Это просто мне так нравится, меня ничего не отвлекает.

А.Лукашевич: Паша, такой вопрос. Читал ли ты книгу Ильфа и Петрова «Одноэтажная Америка»?

П.Большаков: Нет.

А.Лукашевич: Не читал, ну, а примерно, хотя бы знаешь, о чем там?

П.Большаков: Нет.

А.Лукашевич: И, наверно, не смотрел одноименную программу Урганта и Познера?

П.Большаков: Нет.

А.Лукашевич: Ну, ничего. Вкратце расскажу. Там в 35-м году двадцатого века Ильф и Петров, наши писатели-комедианты, они поехали по заданию газеты «Правда» в Соединенные Штаты Америки, чтобы рассказать советским людям, что такое Америка. Что это за страна такая, Кока-Колы, капитализма и тому подобное. И, в принципе, справились с этой задачей довольно-таки в таком правдивом ключе. Рассказали советским читателям газеты «Правда» об этой стране. И очень интересно было читать их заметки, которые относятся к началу прошлого столетия. И сравнивать, вот например, что произошло, к чему пришла та или иная страна сейчас. Например, Россия и США. Так вот, вот интересно было бы послушать русского человека, который уехал в таком раннем возрасте в Соединенные Штаты Америки, который получил. У которого практически все детство прошло там. И детство, и юношество, и вот молодость начинается. Вот интересно вообще, какие. Я всегда спрашиваю, ты знаешь. Я всегда у своих гостей спрашиваю, какие ощущения у вас были, когда вы вышли из самолета, и вошли в аэропорт того или иного города Соединенных Штатов Америки. Вот у тебя я хочу спросить, что ты почувствовал, когда ты после долгого нахождения, обучения и проживания в Соединенных Штатах, вернулся в Россию, что ты почувствовал здесь?

П.Большаков: Ну, что я почувствовал в России, это, что я обратно дома. Это вот, когда в Америку я приезжаю, это как будто просто маленькая, ну, большая экскурсия на десять лет. И что я чувствовал, когда я приезжал в Америку, я чувствовал, ну, я маленький, это новая вещь. Россия, я такой маленький, я только начал школу, даже в третьем классе уехал. Вот, я думаю, ну это новая вещь, я поехал с мамой, мне нравится здесь, такие разные здесь вещи, здесь большие такие дома. Здесь же не коммуналки, тут ниче, одни квартиры. И очень-очень жарко, как бы сказать.

А.Лукашевич: Ну, еще бы, Техас, конечно.

П.Большаков: Из аэропорта выходишь, это как баня, могу сказать. Это уже несколько раз так случилось, когда я сейчас приехал месяц назад обратно в Даллас.

А.Лукашевич: Практически, как на курорт прилетаешь.

П.Большаков: Ну, да. Я могу сказать, что есть большая разница. Когда я выезжал из России, я помню Питер, Россию вот страну. Когда приехал обратно вот прошлое лето, первый раз обратно за десять лет.

А.Лукашевич: Это первый раз за десять лет ты вернулся?

П.Большаков: Да. Я думал, ну вот, эта страна лучше стала. Очень здесь у всех, вот в Питере и в России здесь там у них технология у них то же самое, как в Америке. И я помню, как мне все говорили, как только я выезжал, там нужно быть осторожно, там ничего не делай, будь осторожен, там могут тебя ограбить. Я даже такого не видел, такого не слышал, я пришел наш город, страна хорошая, это просто идеальная. И поэтому, когда я был маленький, я этого не видел. Всего этого плохого. Я очень маленький был, моя мама все время, я с ней был, я просто не видел, может быть. Но это просто идеально было, мне очень понравилось.

А.Лукашевич: Вот именно приезд после десятилетнего отсутствия?

П.Большаков: Да, да.

А.Лукашевич: А вот столкнулся ли ты с какими-то, ну, с таким культурным шоком возвращения. То есть, получив уже какое-то представление о том или ином уровне жизни, и уровне отношения между людьми в США. И вот приехав уже в Санкт-Петербург, случился ли у тебя где-нибудь такой культурный шок, так называемый.

П.Большаков: Да, да, да. Это очень большой шок. В Техасе люди, как говорить, они добрые, они, может быть даже, если они в своей жизни дома не добрые. Они к другим людям, которых они знают, они добрые, они все время помогают, если что случится. Не то, что я говорю, что мы в России не помогаем. Просто у нас, как бы, мы друг к другу относимся. У нас мы начинаем в России аргументить с кем-нибудь, а здесь это редко.

А.Лукашевич: Что делать? Еще раз.

П.Большаков: Аргумент. Arguments. Они в драку почти иногда.

А.Лукашевич: Переформулируй, Паша, не совсем понял.

П.Большаков: Ну, они сразу начинают, если что-то неправильно случилось, человек все время начинает драку с другим человеком, просто словами драку начинает.

А.Лукашевич: А, начинает спорить, ты имеешь в виду?

П.Большаков: Да, спорить, спорить.

А.Лукашевич: Так.

П.Большаков: Я вот могу сказать, когда я приехал обратно, моя мама там была в Америке уже девять лет, когда она обратно поехала. Вот она здесь, она уже стала как бы американка, она добрая была, все хорошо. И когда я приехал обратно после, когда она уже там, наверно, была, я думаю 6 месяцев. Я уже сказал, мама, ты уже стала русская опять.

А.Лукашевич: Злая?

П.Большаков: Я помню, когда она там покупала книжку один раз. Ей что-то сказали, она сказала, она начала на эту женщину кричать, что угодно.

А.Лукашевич: Отвечать ей тем же.

П.Большаков: Да. Так что я вот это, мне неприятно было. Я такой человек, который, мне не нравится так. Очень негативное такое дело.

А.Лукашевич: Ну, то есть у тебя позитивный настрой вообще к окружающим людям, а, приехав сюда, ты получаешь от некоторых людей, опять же, не ото всех. А от некоторых людей какой-то негатив.

П.Большаков: Да, вот это. Даже если люди здесь, люди здесь в Америке, они фальшивые, конечно, но.

А.Лукашевич: А, кстати, вот, да, по поводу фальшивости. Ты действительно думаешь вот, что вот эти все американские улыбки, да, прославленные. Что это на самом деле все фикция? Ну, то есть, что они улыбаются тебе и все это натянуто, фальшиво, и зачем они вообще это делают?

П.Большаков: Конечно, как и в России, конечно, не все, только некоторые. Это маленький коллектив. Иногда видно, когда у человека на лице фальшивая улыбка. Но почти все, почти все, они хорошо, они очень добрые. Они даже, они когда неправильно что-то сделают, они, о excuse me, sorry. А это редко, когда делают в России. Я помню один раз, когда, моя сестра это все время делает. Моя двоюродная сестра, на автобусе ей кто-то там ударил нечаянно, они не говорили простите, она начинает на них кричать. Просто они должны сказать простите.

А.Лукашевич: Что ты можешь сказать по поводу русских девушек?

П.Большаков: Ой, они такие умные, это просто так идеально. Я уже решил.

А.Лукашевич: Я смотрю, у тебя самое любимое слово «идеально».

П.Большаков: Да, это просто. Я уже решил давно, что я жениться буду на русской девушке. Я просто вот могу сказать, что когда я ходил на ужин к девушке в Америке. Вот почти 90% я говорю, они просто говорят да или нет, или что-то такое. У них есть мало, о чем они могут говорить. А я так, у меня такие эмоции, я такой вот, я о литературе, что угодно.

А.Лукашевич: А они про себя, наверно думают, вот идиот.

П.Большаков: Да, а я вот.

А.Лукашевич: Типа, давай поговорим о сериалах, о чем-нибудь там, не знаю, о фильмах, поп-корне.

П.Большаков: Ну, да, ну, вот. Так они и хотят об этом говорить.

А.Лукашевич: Ну, опять же, Паша, ну, наверное, под все-таки, под такие категории подводить всех не стоит. Вот встречал ли ты американок и красивых, и умных?

П.Большаков: Красивых и умных? Очень редко.

А.Лукашевич: Но встречал?

П.Большаков: Есть такие, есть, конечно, я могу сказать несколько. Но есть большой коллектив, который они, как это сказать, блондинки в Техасе. Я знаю, что это стереотип большой, но это стереотип очень большой в Техасе.

А.Лукашевич: А, то, что в Техасе много блондинок, ты имеешь в виду?

П.Большаков: Да, которые не очень умные.

А.Лукашевич: А.

П.Большаков: Вот есть такое слово про людей, которые живут в Техасе, вот в таких штатах, где там они, как бы ковбои.

А.Лукашевич: А, ну, что-то вроде деревенщины?

П.Большаков: Да, реднек называется.

А.Лукашевич: А, ну, конечно же. Есть же группа Реднекс.

П.Большаков: Да, вот такие люди есть.

А.Лукашевич: Сразу же, ты знаешь, ассоциации какие в голове пошли там, не знаю, соломинка в зубах, вот это вот. Просто шляпа ковбоя, обязательно лошадь там рядышком, какие-нибудь поля, степи и тому подобное.

П.Большаков: Ну, да. Ну, конечно, Даллас, где я живу, это город, это не такое место. А вот, а русских девушек я вот встречал русских девушек, когда я там приезжал в Питер. Они такие умные, просто нравится мне с ними говорить, так хорошо, так приятно.

А.Лукашевич: То есть собеседниц, с которыми, действительно, интересно довольно тяжело встретить да, среди американок.

П.Большаков: Ну, да.

А.Лукашевич: И соответственно, и внешне они выглядят американки не так, как наши девушки?

П.Большаков: Ой, это вообще, это они в шортах и в футболках ходят везде.

А.Лукашевич: И не следят за собой? Да, это мы все знаем.

П.Большаков: Это, я думаю, все знают.

А.Лукашевич: Паша, хорошо. Интересно вот, давай тогда переместимся к тому моменту, когда ты приехал в Соединенные Штаты Америки. Ты сразу стал жить в Далласе?

П.Большаков: Да, мы сразу это, как бы, ну, здесь маленькие районы вокруг Далласа. Так что северный там район называется Херолтон, но это как бы Даллас все равно. Это просто такие маленькие районы, как у нас в Питере Приморский район, но все равно в Питере.

А.Лукашевич: Я понял, и ты приехал, и сразу же тебя отправили в среднюю школу, правильно?

П.Большаков: Ну, это средняя школа начинается в шестом классе, а я начал вторую половину третьего.

А.Лукашевич: А как называется, начальная?

П.Большаков: Elementary school.

А.Лукашевич: Так, и что вот, ты приехал из российской школы, да, где нужно носить сменку, дневнички, поднимать руку, отвечать, на переменах там беситься и тому подобное. Вот ты такой паренек из Санкт-Петербурга прилетаешь в Соединенные Штаты Америки, где система образования отличается кардинально практически. Что ты можешь сказать, что тебе запомнилось? Что тебе показалось странным, и к чему ты потом уже, конечно же, привык? Расскажи нам о образовании, о школе. О такой вот средней школе, о высшей школе американской.

П.Большаков: Ну, я могу сказать, что если там очень, как бы сказать, закон в школе, как бы сказать.

А.Лукашевич: Ну, то есть они следуют определенным правилам.

П.Большаков: Да, они очень много чего не разрешают.

А.Лукашевич: К примеру, а, к примеру, что они не разрешают?

П.Большаков: Ну, там много чего. Там нельзя, например, рубашки с плохими словами, чего-нибудь другое. Если у тебя штаны очень низко, если у тебя татуировки, если у тебя в носу чего-нибудь там.

А.Лукашевич: Пирсинг какой-нибудь.

П.Большаков: Да, пирсинг. Очень много, там для девочек нужно все, у них плечи должны быть закрыты. Так что, ну, это конечно, не проблема ко мне, но все равно. Я могу сказать одну вещь, что если человек умный, он получает пятерки, его директор, никто не будет трогать.

А.Лукашевич: То есть, можно приходить в пирсинге и там, с любыми.

П.Большаков: Я, например, могу сказать много раз, я приходил с рубашками, на которых там написано было не очень хорошие вещи. И мне вот все время говорили, в следующий раз не приходи так. А если бы я был двоечник, если бы я двойки получал, они бы меня уже сразу там.

А.Лукашевич: Развернули бы домой. Кстати, вот по поводу школ. Есть ли там государственные школы, и есть ли частные? И в чем их отличие?

П.Большаков: Ну, я могу сказать, что государственные школы, они лучше.

А.Лукашевич: Почему?

П.Большаков: Потому что мне много раз говорили друзья, которые не в государственных школах. Они говорят, что у них есть такие курсы, которые очень плохие, не как хороший, как в государственной школе. И вот когда в университет хочешь пойти, там они очень трудно как бы получить хороший университет, потому что вот эти разные школы, которые не государственные. У них разные оценки, у них разные курсы, они разные вещи делают. У них регуляции никакой нет. А в государственных есть регуляция, они делают то же самое оценки почти все, то е самое курсы, вот так.

А.Лукашевич: То есть, ты хочешь сказать, что, обучаясь в государственной школе, тебя уже в течение обучения готовят нацелено на определенные государственные университеты.

П.Большаков: Да. И вот я могу сказать, что есть разные курсы. Вот в моей школе есть курсы, которые есть нормальные. Есть, которые еще потруднее. А есть, которые вообще самые трудные, их можно взять. Если ты получишь пятерку на экзамене в конце этого курса, тебе этот класс не нужно брать в университете.

А.Лукашевич: А, ну, кстати, вот у нас, по-моему, есть, точно я не помню, но есть школы при университетах. И там люди учатся в одиннадцатом классе, сдают экзамены, и эти экзамены уже потом им зачитываются в университете на первых курсах. Да, действительно, тоже такое практикуется. Расскажи, пожалуйста, в книге Владимира Познера под названием «Прощание с иллюзиями», где он рассказывает о своей жизни во Франции, в США в Нью-Йорке, а также в Берлине после войны, и в Советском Союзе. Он затрагивал такой момент американской жизни, как обучение вот в Элементари скул, да, так называемой, в начальной школе. Он учился в Нью-Йорке, в элитном районе, в элитной школе. Там у них был особенный метод обучения, они занимались опытами, они практически все знания получали на каких-то практических примерах. Что-то им наглядно показывали, там они могли даже на каких-нибудь, не знаю, трудах, как у нас в России. Они могли делать какие-то глиняные там горшочки, где-то их обжигать. Им рассказывали об искусстве, о музыке, их развивали вот таким способом, очень интересным, подход был очень интересный. Также он упоминал о том, что в США применяется так называемый метод Сократа. Что это такое. Это когда преподаватель не разделяет в классе учеников на худших и лучших. Когда все перед ним равны. И самый главный принцип этого метода в том, что преподаватель, он объясняет предмет тем, что задает наводящие вопросы. И ученик с помощью этих наводящих вопросов, и сам, задавая какие-то вопросы, и получая ответы от преподавателя, понимает этот предмет лучше, чем просто, например, читать какую-то лекцию. Вот мне интересно, как обучали тебя в елементари скул, средней и высшей школе?

П.Большаков: Ну, вначале, конечно, мне нужно было английский. Я когда приехал, у меня английского вообще не было. Вот, когда меня учили английский, это просто даже было, меня не учили, я просто говорил с другими студентами в елементари скул. А вот другие предметы я, наверно, только начал предметы новые, которые я не знал, это было, наверно, в 10-11 классе. Потому что у них здесь алгебра только начинается в 10-м классе.

А.Лукашевич: А до этого алгебры нет?

П.Большаков: Нет.

А.Лукашевич: Ну, то есть, ты, приехав со знаниями третьеклассника, был там на уровне 7-8 класса, получается.

П.Большаков: Получается, да.

А.Лукашевич: Ничего себе.

П.Большаков: И вот, я могу сказать, что здесь культура, тем более в моей школе, и в Техасе вообще, физкультура только в американском футболе. У нас здесь они любят футбол, они все, вот это все в школе, это все в футболе. И даже иногда, может быть один раз в месяц они в один день, например в пятницу, они берут целый час, и всех из классов берут, идут на стадион. И там они делают шоу для команды. Чтоб как бы все пришли на игру, болели за команду, вот так.

А.Лукашевич: А что это за шоу, что они показывают?

П.Большаков: Ну, там разные, там вот эти чирлидерз.

А.Лукашевич: А, ну, конечно же, там вот эти девочки с помпонами.

П.Большаков: Да, они че-нибудь там делают, там иногда разные вещи. Там они в игры играют, ну разные вещи там.

А.Лукашевич: И вся школа приходит и смотрит их?

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: А тебя напрягали вообще вот, напрягало вот это насаждение определенного вида спорта?

П.Большаков: Ну, мне футбол вообще-то, ну, как бы, мне понравился футбол, конечно. Не напрягали, конечно, ну, я ходил в последнем классе, 12-й год, на каждую игру. Потому что это было как бы, все мои друзья, уже последний год школы. Мы решили, давайте попробуем, пойдем на каждую игру, за нашу команду болеть.

А.Лукашевич: Болели да.

П.Большаков: Мне нравилось.

А.Лукашевич: А как по поводу бейсбола обстояли дела, и по поводу, например, баскетбола? Да, чисто такие вот американские виды спорта, помимо американского футбола.

П.Большаков: Ну, конечно, вот у нас тоже это большие вещи. Это, как бы сказать, люди не будут болеть за свою команду, только когда они близко выигрывать чемпионшип, или чего-то. Я это много раз видел. Когда, например, если Даллас Ковбойс, вот эта команда американского футбола, они вот это супербол, все будут болеть, конечно.

А.Лукашевич: Супербол, это чемпионат, да?

П.Большаков: Да, чемпионат, да. Вот они будут болеть, а когда они маленькие игры играют, только некоторые люди, которые очень сильные фанаты, они будут болеть.

А.Лукашевич: Я имел в виду, развиты ли были наряду с американским футболом, еще и бейсбол, и баскетбол? Можно ли было заниматься именно вот этими видами спорта, а не американским футболом в твоей школе.

П.Большаков: А, да, конечно. Например, у нас в мидлскул, когда уже начинали футбол американский. И вот есть такой сезон для футбола, потом после сезона футбола, есть сезон баскетбола, а потом есть сезон бейсбола.

А.Лукашевич: Ага, то есть, они друг друга меняют.

П.Большаков: Да, если б я, когда в мидлскул, я делал футбол, все это. Например, сентябрь — ноябрь, это был футбол. Потом, после этого с января до марта, это было баскетбол. Потом после этого было бейсбол.

А.Лукашевич: Ну, я понял, хорошо. Это все, что касается спорта, физкультуры и тому подобного. Интересно поговорить о методе образования. Вот расскажи, после русской школы. Ты, конечно же, наверняка, плохо помнишь уже, но все равно, постарайся вспомнить. Вот разница в подходе образования, какова она? И понравилось ли тебе обучаться именно в американской системе?

П.Большаков: Не очень. Могу сказать, вот, я только, когда в 12-м классе, в последнем классе. Я когда брал все курсы для университета, которые я сказал, можно получить пятерку и не брать в университете, вот такие мне нравились. А вот перед этим, я почти в каждом классе ничего не делал.

А.Лукашевич: Потому что легко было учиться, да?

П.Большаков: Очень легко. Я бы ходил туда, и я бы домашнее задание делал в классе и все. У меня дома ничего не было. Они даже разрешают домашнее задание делать в классе.

А.Лукашевич: То есть, у нас домашние работы намного больше в России?

П.Большаков: Конечно. Я помню это. Это одну вещь я помню из школы, что у нас домашних заданий очень много. Здесь они.

А.Лукашевич: Это отличный комплимент, кстати, в сторону нашей средней школы.

П.Большаков: Ну, конечно, это просто. Это даже неправильно. Если это домашнее задание, почему я это делаю в школе.

А.Лукашевич: Вот как у нас интересно получается. В средней школе мы активно готовимся, много учим, много делаем. И как только поступаем в университет, все расслабляемся, и начинаются тусовки. Начинается то, начинается се. Списывания, хвосты, экзамены, которые переносятся с одной сессии на другую. И ты начинаешь понимать, вот она взрослая жизнь, как же хорошо. А в Америке, я смотрю, совершенно наоборот.

П.Большаков: Наоборот, да.

А.Лукашевич: Сначала ты постепенно готовишься, конечно же, последние классы хай скул. Может быть, ты меня поправишь, они посложнее. И уже потом, поступая на первый курс, начинается самая активная, адская и страшная работа над собой, когда нужно учить много материала. Нужно постоянно быть в тонусе, читать много литературы, тут же отвечать по этой литературе в классах своему преподавателю, профессору. Вот именно тогда и начинается эта основная работа. То есть она прям подготавливает тебя к взрослой жизни. Вот ты, находясь на втором курсе електрикел инжиниринг, что можешь сказать по этому поводу?

П.Большаков: Это все правда. Вот я могу сказать, мне нравится вот работа в школе, мне просто нравятся домашние задания, это все. Мне это очень интересно на лекции идти, все.

А.Лукашевич: Ты называешь это школой, да, извини, я тебя перебил.

П.Большаков: Ну, это в университете. А в школе мне только 12 класс понравился. Потому что я наконец-то брал классы, которые трудные.

А.Лукашевич: Слушай, а студентам, точнее учащимся хай скул, позволительно выбирать себе определенные предметы?

П.Большаков: О, да, да. Я когда приехал обратно в Россию, мне мои друзья и моя сестра, которая в университете была, они сказали, о, нам не разрешают выбирать.

А.Лукашевич: Да, за нас уже определило Министерство образования все, что мы должны получить.

П.Большаков: Да, да, а мы выбираем все, потому что, смотри, иногда здесь люди, которые, они работают или что-то делают. Они работают, и они свои классы выбирают вокруг этой работы. Вот это очень серьезно, поэтому они так разрешают. Если бы они так не сделали, люди бы не могли работать.

А.Лукашевич: Ты имеешь в виду, что уже на старших классах высшей школы, ты имеешь право уже работать, подрабатывать по той специальности, на которую ты хочешь поступить, да?

П.Большаков: Ну, конечно, специальность, на которую ты хочешь поступить, но много вот, например, когда тебе 15 лет или 16, можно уже на работу идти.

А.Лукашевич: Так.

П.Большаков: А вот в это время уже можно водить машину. И много вот этих студентов в хай скул, они идут на работу, они хотят деньги, чтобы за эту машину заплатить, страховку за эту машину выплатить.

А.Лукашевич: А какое это отношение имеет к тому, что выбираешь, какие курсы?

П.Большаков: Ну, это просто потому что у некоторых студентов, они, может быть, любят математику больше, чем спорт.

А.Лукашевич: А, ну, то есть, я понял. Они освобождают свое время для работы за счет тех предметов, которые в принципе им не интересны и не пригодятся, правильно?

П.Большаков: Да, например, у меня вот в 12-м классе, я заканчивал школу в час, а все другие заканчивали в три тридцать. Потому что я брал только курсы, которые я хотел.

А.Лукашевич: Расскажи, Паша, а есть ли определенный список обязательных курсов?

П.Большаков: Конечно, это для всех есть такое. Там они тебе дают список, который тебе нужно взять, потом тебе дают, сколько места у тебя есть, чтобы ты можешь взять какие угодно классы.

А.Лукашевич: А расскажи, ты можешь брать дополнительные курсы сколько угодно? По количеству?

П.Большаков: Нет, ну это, например, смотри. У нас три года в хай скул. С девятого по двенадцатый. Они тебе говорят, ты должен взять 28 кредитов.

А.Лукашевич: Что такое 28 кредитов?

П.Большаков: Это как бы, например, за каждый год ты можешь получить восемь кредитов. Это как бы, сколько каждый курс. Один год это два, полгода это один. Одна четверть года это один с половиной, то есть половина.

А.Лукашевич: Не совсем понятно. Кредиты, кредиты. 28 кредитов, это значит, ты должен набрать эти кредиты за счет каких-то предметов, что ли? Или что?

П.Большаков: Да, это как бы часы в университете. Например, у меня сейчас в университете, я беру 16 часов уроков, это очень много.

А.Лукашевич: 16 часов, это в сутки?

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: То есть это каждый день, каждый день?

П.Большаков: Ну, это за неделю.

А.Лукашевич: За неделю 16 часов?

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: Это сколько предметов, Паша, 16 кредитов?

П.Большаков: Это пять.

А.Лукашевич: Это пять предметов, да?

П.Большаков: Пять предметов, да.

А.Лукашевич: И вот есть определенный минимум, да, который ты должен взять.

П.Большаков: Да, ну, это трудно, конечно, объяснить, но это есть минимум, а например, я могу сказать. А максимум, который ты можешь за четыре года взять, это 36. Так что, некоторые люди, они могут закончить школу через три года, высшую школу. Через три, чем за четыре.

А.Лукашевич: А, ну, я понял, как бы экстерном.

П.Большаков: Да, если они летом что-нибудь возьмут.

А.Лукашевич: Хорошо, понятно. Интересно также, ну, то есть то, о чем рассказывал Владимир Познер в своей книге. В принципе, ты такого особенного в своей школе не нашел, да. Потому что это, все-таки, государственная школа. А в случае Владимира Владимировича, там была все-таки, элитная и частная школа.

П.Большаков: Ну, я могу сказать, что моя школа, это очень редкая школа государственная. Потому что в других штатах государственные школы не такие хорошие, как моя. Моя школа, они, наверно, четвертые или пятые в штате, они очень элитные, они премии свои получают.

А.Лукашевич: А как это отражается на учащихся? Как ты ощущал то, что у тебя элитная школа?

П.Большаков: Ну, конечно, там много богатых детей. И моя семья не богатая. Я просто об этом даже не думал.

А.Лукашевич: Я имею в виду, может быть у тебя были какие-то из ряда вон выходящие предметы, которые вам преподавали. Может быть что-то там, какая-то музыка, или искусство, или что-то такое?

П.Большаков: Ну, я могу, да, у нас такое, конечно было. У нас больше денег было, в нашей школе, потому что наша школа элитная. Там у нас было больше, как бы клубов, программ. Например, программы музыки, оркестры вот это все было, хором было. Вот это спорт, у нас много спортов было вообще. И, конечно, вот это отвлекает. Потому что, например, даже если деньги для химии, для физики, для лаборатории это все хорошо. Потому что есть некоторые школы, у которых нет денег. Они не могут эксперименты физики, химии, биологии, ничего там делать. Потому что нет просто денег и этого нет.

А.Лукашевич: Расскажи, много ли времени проводят студенты, учащиеся высшей школы, средней школы в библиотеках?

П.Большаков: Это они почти никогда. Вот в высшей школе я это лично никогда не делал, я не знаю никого, кто это делал.

А.Лукашевич: То есть там настолько все легко, что в библиотеку, в принципе идти не надо, да?

П.Большаков: Нет, а вот сейчас в университете они даже. Библиотека в моем университете, она открыта 24 часа.

А.Лукашевич: Класс. И там, насколько я знаю, практически во всех библиотеках Соединенных Штатов бесплатный интернет, и тоже 24 часа?

П.Большаков: Да, да, да, конечно. А у нас здесь в университете бесплатный Вай Фай, в самом кампусе.

А.Лукашевич: А, то есть с этим вообще проблем нет.

П.Большаков: Нет, никак нет.

А.Лукашевич: Хорошо. Расскажи, пожалуйста, о взаимоотношениях между студентами. Вот ты сказал, что у тебя былая такая частная, не частная, государственная, но для обеспеченных детей школа. А как вот у вас обстояли там расовые отношения между детьми? То есть дети черных родителей, например, ты русский, с русскими корнями. Также у вас там под боком Мексика, наверняка мексиканцев очень много. Вот как происходят взаимоотношения? Были ли какие-то стычки у вас там на этой почве?

П.Большаков: У нас отношения друг с другом очень хорошо было в нашей школе. Я думаю, в нашей школе, потому что у нас там вот это, как ты говоришь, из разных стран мексиканцы, черные, у нас азиаты. Они очень хорошо это друг друга относятся. Но я могу сказать, что это драки были все время, почти несколько раз в год между девочками.

А.Лукашевич: между девочками?

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: Удивительно.

П.Большаков: Я не знаю, девочки в Америке, тем более, в Техасе, они очень, как это сказать?

А.Лукашевич: Боевые?

П.Большаков: Боевые, да, тем более друг к другу они очень боевые.

А.Лукашевич: Боевые блондинки из Техаса.

П.Большаков: Да, так что это несколько раз было, когда ты идешь по школе, хай скул, и там видишь там драка, все студенты вокруг этой драки. Я подхожу и смотрю, это девочки.

А.Лукашевич: Вот это да, то есть, а парни, парни даже меньше дрались.

П.Большаков: Это редко, парни это редко.

А.Лукашевич: Как у вас обстоят дела, я знаю, что это довольно большая проблема для Соединенных Штатов и для подростков, для молодых людей, проблема наркотиков.

П.Большаков: О, это очень большая проблема.

А.Лукашевич: Особенно легких наркотиков.

П.Большаков: Даже алкоголь, это такие проблемы здесь. Это очень большие. В моей школе, высшей школе, там, я не знаю, каждый год там один два мальчика, они или себя убили, или в аварию получили, убились так. Это столько много раз, и уже несколько раз, я помню, что случилось. Они наркотики делают и от этого умирают.

А.Лукашевич: Ты имеешь в виду, то есть, наркоманов таких вот с тяжелыми наркотиками, или, все-таки, ты говоришь сейчас о так называемой марихуане, легких наркотиках?

П.Большаков: Ну, легких наркотиках.

А.Лукашевич: А вот в твоем классе, на твоем курсе, вот сейчас в университете, как с этим обстоят дела? Потому что я знаю, настолько либеральные законы в Америке, да, что практически любой может купить себе там эту марихуану и употреблять. Не один полицейский не имеет права зайти в твой дом, вломиться.

П.Большаков: Ну, да, это правда, конечно.

А.Лукашевич: То есть, проблема такая есть?

П.Большаков: Да, но вот смотри, у нас в университете есть своя полиция, прямо для университета. И вот они могут тебя поймать очень легко. Потому что, когда здесь кампус. Это как бы.

А.Лукашевич: Закрытая территория такая.

П.Большаков: Это как бы их место для полиции, они все это делают. У них есть, как бы, закон. Если они думают, у тебя что-то есть.

А.Лукашевич: Если у них есть подозрения, то они имеют право зайти даже к тебе в комнату?

П.Большаков: Да. Поэтому много студентов, они делают вечеринки, чего угодно, они офф кампус.

А.Лукашевич: А, за территорией. Ну, конечно, там, где законы посвободнее. Участвовал ли ты когда нибудь в таких мега вечеринках, как вот, смотрел фильм «Проджект Х»?

П.Большаков: Да, да.

А.Лукашевич: Вот были ли когда нибудь у тебя что-то подобное в Техасе?

П.Большаков: Нет, я вот на таких никогда не был. У меня друзья сейчас все время говорят, приглашают, у меня просто время нет. Я сейчас, я могу сказать, что я в университете. Даже если я на втором курсе, я дальше, чем другие.

А.Лукашевич: А, то есть, ты очень много изучаешь, и не даешь себе.

П.Большаков: Да, например, я уже почти на третьем курсе. У меня есть столько много часов, что я взял. Что я уже как бы третьекурсник почти.

А.Лукашевич: А за счет того, что ты берешь много часов и много курсов да, это тебе зачтется, сможешь ли ты перескочить, например, на другой курс, минуя третий?

П.Большаков: Ну, да, я уже могу на год раньше закончить, если я хочу.

А.Лукашевич: Ага, то есть, это все в твоих руках, ты можешь закончить намного раньше, чем это заложено в программе, да?

П.Большаков: Как я говорил, вот эти вот классы, которые я брал в школе, которые я пятерку получу, и их не нужно брать в университете. У меня много таких есть.

А.Лукашевич: Ух ты, класс. То есть, это закончилось не только в школе, но это продолжается еще и в университете, ты можешь брать вперед предметы?

П.Большаков: Конечно.

А.Лукашевич: Замечательно. Ну, расскажи немного о своей специальности, чему, что интересного ты черпаешь в университете Техаса в Далласе, и что ты получишь на выходе?

П.Большаков: Ну, этот университет, он знаменитый, потому что здесь очень хорошие инженеры выходят из этого университета.

А.Лукашевич: Ну, это слишком общее понятие, а вот давай заостримся на тебе.

П.Большаков: Вот да, да, я выбрал вот это электрического инженера, потому что мне интерес просто был о физике, сигналы, системы. И вот когда я пошел в эту специальность, мне так очень понравилось. Потому что на первом курсе, мы начали на этом работать. У нас была лаборатория, и мы строили разные такие лампочки, которые сигналы там делают разные. Есть такие системы, которые ты чего-то говоришь, там лампочки мигают, разные такие вещи. Мне так интересно было. И мы еще программируем, мы смотрим архитектуру компьютеров. Вот и мне так интересно стало. У меня вот все время был интерес, потому что, когда вот я помню, когда я был маленький в России, мне все время нравилось ломать и что-нибудь делать с этим.

А.Лукашевич: Мастерить, да?

П.Большаков: Да, открывать что-то, смотреть, что там внутри. И вот поэтому, как это мне поможет, потому что сейчас у нас такая, вот скажем, плохо, что в Америке очень мало работы. Я это в новости все время, здесь очень много людей не работает. А вот, что характерно в Далласе, в штате, в Техасе самом здесь у них все время здесь работа. Здесь все время технологические компании много. Это вот тем более Даллас, это большой центр этого.

А.Лукашевич: То есть, здесь проблем особенно нет с работой?

П.Большаков: Да, здесь очень редко не найдешь работу. Здесь есть даже самые маленькие работы, можешь даже первый раз работать, пойти на работу, и тебе очень хорошо платят. А можно даже пойти с бакалавр, и тебе очень даже в десять раз лучше платят.

А.Лукашевич: Паша, расскажи, пожалуйста, сколько стоит образование в твоем университете.

П.Большаков: В моем университете они стоят около 12 тысяч долларов в год.

А.Лукашевич: Сколько, 12 тысяч?

П.Большаков: Да, 12 тысяч в год.

А.Лукашевич: Так, это получается, что это без стипендии, или с учетом стипендии?

П.Большаков: Это без стипендии, это просто так без ничего нужно платить.

А.Лукашевич: Слушай, ну я могу сказать, что это довольно таки не дорого. Это семестр, все-таки, или два семестра 12 тысяч?

П.Большаков: Это два семестра, это потому что.

А.Лукашевич: А почему так дешево?

П.Большаков: Ну, это государственный университет, поэтому.

А.Лукашевич: А, вот оно в чем дело.

П.Большаков: Да, например, у меня стипендия, вот полная, это 55 тысяч долларов за три года. Потому что у меня не только стипендия на уроки, у меня еще маленькая стипендия есть на квартиру.

А.Лукашевич: Ну, вот в кампусе, где ты живешь?

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: Я почему сказал о такой дешевизне, потому что многих гостей подкаста «Многоэтажная Америка», конечно же, я спрашиваю, сколько стоит образование в том или ином университете, и довольно часто называют такую сумму, как 20 тысяч за семестр.

П.Большаков: Ну, да, есть такие.

А.Лукашевич: В год получается около сорока тысяч долларов. Конечно же, я говорю сейчас о топовых университетах, это Гарвард, это Джорджтаун юниверсити ин Вашингтон, это Бейлор юниверсити, который ты знаешь. Недалеко от тебя находится в Техасе, Иван Дидус рассказывал о нем. Или возьмем, например, Юниверсити оф Калифорния оф Беркли, да. То же самое, образование стоит довольно дорого, около сорока, а может быть даже больше, сорока тысяч долларов. Вот, ну, я так понимаю, что многие из них, это частные, поэтому довольно так дорого обходится образование.

П.Большаков: Я могу сказать, что даже Бейлор, Гарвард и Ель, это Айви лиг.

А.Лукашевич: Лига плюща, так называемая.

П.Большаков: Да. И они стоят около 50 тысяч в год. А Бейлор, он стоит сейчас около 50 тысяч в год, он даже не Айви лиг. Вот все эти деньги, которые платят студенты в университетах, просто, чтобы они жили в рае почти. То, что для этих университетов, у них есть свои там бассейны.

А.Лукашевич: А, ну то есть окружение.

П.Большаков: Да, они как бы, они платят, чтобы жизнь была хорошая. Чтобы там есть клубы, которые можно заниматься спортом. Там очень такие дорогие залы, дорогие квартиры.

А.Лукашевич: Ага, то есть, вот в чем дело. А как ты думаешь, вот стоимость образования, она говорит, вот в Лиге плюща, в университетах, она говорит о качестве образования? Если, например, сравнить образование в твоем университете и, например, там в Гарварде?

П.Большаков: Ну вот, ну конечно, есть разница, потому что Гарвард и Йель они могут, у них профессоры лучше, чем в других школах, потому что они больше платят, они самые хорошие берут. Но я чувствую, что мне какая разница. Если я в Гарварде, что в университете в Далласе обучение взял, потому что это все, что обо мне. Если я получаю пятерки.

А.Лукашевич: То есть, ты думаешь, что все зависит от тебя. Если будешь много учиться, много читать.

П.Большаков: Да, все зависит от человека. Потому что есть такие люди, которые они идут в Гарвард, они двойки получают, двойки и тройки и все.

А.Лукашевич: Я тебя понял. Кстати, Паша, я хотел бы тебя поздравить, потому что ты учишься в одном из лучших университетов мира. Сегодня вышел рейтинг, мировой рейтинг по университетам. И твой университет, Юниверсити оф Тексас эт Даллас занял 167 место из 200 лучших. Вот, то есть сравнивались все университеты мира. И это довольно таки почетно, потому что, как ты говоришь, это государственный университет. И он стоит вот рядышком с частными университетами, в которых год образования стоит около сорока тысяч долларов. Ты платишь, все таки, намного меньше. Точне, даже не платишь, а с помощью стипендии покрываешь стоимость обучения, правильно?

П.Большаков: Да, правильно.

А.Лукашевич: Как ты думаешь, первое место какой университет занял?

П.Большаков: Гарвард?

А.Лукашевич: Нет, ты не угадал. Калифорния институт оф технолоджи.

П.Большаков: А, ну да.

А.Лукашевич: А вот, кстати, я удивился, Гарвард занял всего лишь четвертое место. Оксфорд на втором, а нет, точнее Оксфорд на третьем, ну, а Стенфорд второй.

П.Большаков: А, Стенфорд, да, да.

А.Лукашевич: Ну что же, довольно интересно, конечно, расскажи, пожалуйста, в конце твоего обучения, что ты должен сделать, чтобы получить диплом своего университета? Ты говорил о каком-то интересном опыте, который нужно, или что-то нужно придумать, какое-то нововведение, чтобы выпуститься из твоего университета.

П.Большаков: Ну, вот например, это называется Сениор дизайн проджект. Это когда, например, наша инженерная школа. Это только наша школа делает в университете. Экономическая школа делает свою, они там пишут дипломы, как почти в России. А мы делаем, как бы проект. Например, приходит к нам компания, и нам дают деньги. Они скажут, о, у вас есть такая идея, вы нам постройте это. И вот, и в конце года, когда ты целый четвертый год, чтобы это сделать. Ты им презентацию делаешь. И эта презентация только две минуты. Ты должен за эти две минуты свой проект показать разным компаниям. Если ты выиграешь, они тебе дают деньги, конечно. И что хорошо в этом, профессоры тебе не дают оценку, а президенты компаний дают тебе оценку.

А.Лукашевич: Вот это очень интересно.

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: Ты готов к этому?

П.Большаков: Ну, это уже так далеко, ну, конечно, я готовлюсь к этому. Потому что в этом конце года человек, не один конечно, он должен работать с другими специализациями. Например, человек есть, который я, электрический инженер, второй, который компьютер саенс, компьютер инжиниринг.

А.Лукашевич: Компьютерные технологии, да?

П.Большаков: Да. И вот что хорошо, мы пойдем вместе, и мы можем сто нибудь изобрести.

А.Лукашевич: А, вместе. Там ты, к примеру, будешь специалистом по, не знаю там, сотовым технологиям, сотовых сетей, и сможешь использовать опыт программиста.

П.Большаков: Да, и каждый человек свой специальность есть, они могут помогать к этому проекту.

А.Лукашевич: Отлично. Я тебе желаю удачи.

П.Большаков: Спасибо!

А.Лукашевич: Следующий вопрос. По поводу маст сии. Места в Далласе. По твоему личному рейтингу, что бы ты посоветовал туристам, которые посетят этот один из крупнейших городов штата Техас?

П.Большаков: Ну, вот первое место, которое я хочу, мне очень нравится, я уже несколько раз был, это Даллас Уорлд Аквариум. Это аквариум, где там вокруг мира животные.

А.Лукашевич: То есть, животные собраны со всего мира, да?

П.Большаков: Да, и вот что интересно об этом, когда ты ходишь через одно место, это как джунгли. Там просто они так сделаны там через деревья, это как будто лес.

А.Лукашевич: Отлично, что еще посоветуешь?

П.Большаков: А еще вот, например, знаменитый Даллас, что у нас здесь убили президента Кеннеди. И вот это место называется Де ли Плаза. И вот там где ли плаза, там так красиво, там просто они сделали так хорошо, так газон, есть такие здания красивые. И вот одно место, около этого де ли плаза, в которое все должны пойти, это называется зе юнион тауер. Это большая башня, которая самая знаменитая в Далласе. Потому что люди, когда делали фотографию Далласа, эта башня все время на фотографии, она такая круглая наверху, большой шар. И в этом шаре там есть обсерватория, там есть ресторан, который крутится.

А.Лукашевич: Ух ты. То есть, там замечательный вид, да, открывается?

П.Большаков: Там целый город видно, там вообще замечательно. И еще последнее место, которое рекомендую, это называется Тексес стейт феир. Это место каждый год в конце сентября.

А.Лукашевич: Ярмарка какая-то?

П.Большаков: Да, да. Это знаменитый в Техасе, потому что у нас там самые странные еда все время. Там они, люди в Техасе, им нравится, чтобы все жирное было. И вот на этом стейт феир они чего угодно жир кладут и кушают.

А.Лукашевич: В жир, в смысле, а что значит кладут в жир?

П.Большаков: Ну, это масло, масло, прости.

А.Лукашевич: А, ну то есть жарят на масле все это?

П.Большаков: Да, да. Дип фраи. Вот например, они иногда печенье положат туда в дип фраи, иногда кока-колу положат в дип фраи, иногда чвинки, это такая сладенькая штучка, они его угодно.

А.Лукашевич: То есть, все в такой глубокой прожарке да?

П.Большаков: Да, да.

А.Лукашевич: Хорошо, Паша, следующий вопрос, это, наверное, стоит узнать у тебя, что ты представляешь, какие три картинки всплывают у тебя в голове, вот когда ты закрываешь глаза и думаешь о Соединенных Штатах Америки?

П.Большаков: Я хочу сказать, первая картинка это машины.

А.Лукашевич: Американские машины, да?

П.Большаков: Да. Вторая картинка это американский футбол. И третья картинка это американская политика.

А.Лукашевич: Политика?

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: Странно, а почему?

П.Большаков: Потому что мне очень нравится политика в Америке. Я каждый день смотрю новости, читаю новости. Это только одну вещь, которую смотрю на телевизоре.

А.Лукашевич: Интересный выбор для 19 летнего парня. Возможно, ты сделаешь выбор не только в сторону инженерии, но еще и в сторону политики.

П.Большаков: Ну, я бы никогда в политики бы не пошел.

А.Лукашевич: Да, тебе просто интересно?

П.Большаков: Они врут, они самые плохие люди в мире.

А.Лукашевич: Ну что же, я думаю, что пора переходить к завершающей рубрике нашего выпуска, это три сайта от гостя подкаста. Паша, что бы ты посоветовал слушателям, какие сайты англоязычные ты бы посоветовал им посетить.

П.Большаков: Ну, я, две из этих сайтов, они очень смешные, потому что здесь в Америке они любят смеяться. Что политики, что люди делают. В новостях, вот такое. Вот есть такая сайт, называется theunion.net. Я не знаю, ты об этом слушал, но это.

А.Лукашевич: Первая буква какая, за нет?

П.Большаков: Да нет.

А.Лукашевич: А, да нет.

П.Большаков: Да.

А.Лукашевич: Ну, потом тогда в комментарии напишешь, а то на слух тяжело. Ну, the union понятно, а вот д.

П.Большаков: Ти ейч и the.

А.Лукашевич: Хорошо, это что за сайт?

П.Большаков: Это сайт где они делают фальшивые новости.

А.Лукашевич: О, интересно.

П.Большаков: Это очень смешно, потому что даже у них есть канал на телевидении свой. И на этом сайте они даже есть видео, они знаешь, что делают, они улыбаются все время, и смеются с фальшивыми новостями. Даже если когда чего нибудь плохое говорят, они улыбаются, и такие добрые, очень смешно.

А.Лукашевич: Это забавно. Второй сайт?

П.Большаков: Второй сайт это foxnews.com

А.Лукашевич: Фокс ньюз, ну, конечно же, канал Фокс, где великое множество интереснейших сериалов, которые обожают по всему миру.

П.Большаков: Да. Ну вот, и это новости мне нравится, потому что они все время, как бы много эмоций, как это сказать. Они все время друг с другом такие эмоциональные.

А.Лукашевич: Экспрессивные такие, да, ребята?

П.Большаков: Да. И вот третья вэб сайт, это сайт одного человека, у него тоже есть вэб-шоу свое, он тоже смешные новости делает. Но он, конечно, не фальшивые новости. Он что делает, он смеется на президенте, на политике, на всех.

А.Лукашевич: Ну, то есть он комик?

П.Большаков: Да, комик, но он как бы делает новости. Такого даже нету в России, я думаю.

А.Лукашевич: А, ну, я понял. Это что-то вроде вечер с кем-то на каком-то канале, или это что?

П.Большаков: Да, да, да, это канал сам называется Камеди централ.

А.Лукашевич: А, камеди централ, знаю такой.

П.Большаков: Да, это называется Хобер репорт.

А.Лукашевич: В переводе на русский как?

П.Большаков: Это имя Хобер, а репорт это репорт.

А.Лукашевич: Репортаж, я понял.

П.Большаков: Да, репортаж. И этот сайт называется хобернэйшнл.ком.

А.Лукашевич: Хорошо, я думаю, что слушатели, если на слух они не совсем поняли, что это за сайты, то зайдут на страницу Многоэтажной Америки на сайте Подстер.ру. И найдут там твой комментарий, который ты оставишь. Итак, Паша, тебе спасибо большое за время, которое ты предоставил мне и слушателям подкаста Многоэтажная Америка. Я тебе желаю, конечно же, большой удачи и терпения в обучении и, естественно, на сколько я знаю, ты собираешься после университета приехать в Санкт-Петербург. Так же желаю тебе удачи здесь найти хорошую работу.

П.Большаков: Я еще сейчас зимой приеду.

А.Лукашевич: А, даже зимой, отлично. Паша, спасибо тебе большое. И, дорогие слушатели, это был выпуск из Далласа, штат Техас, Соединенных Штатов Америки. В гостях был Павел Большаков. Ну, а с вами был я, Александр Лукашевич, услышимся совсем скоро, не забывайте про нашу группу Вконтакте vk.com/_america, всем пока!

Ширина

Павел Большаков покинул Россию, когда ему было 9 лет. Сейчас он живет в Далласе, штат Техас и учится в University of Texas at Dallas. Будем общаться на тему образования в США и какие сюрпризы поджидали нашего гостя в России после десятилетнего периода жизни за океаном.

В подкасте:

— Как видится и чувствуется Россия после долгого проживания в США.
— Почему, прожив 10 лет в Штатах, хочется жениться на русской девушке?
— Как проходило обучение в Elementary School.
— Жизнь в кампусе University of Texas at Dallas.
— Какие перспективы дает обучение в одном из самых лучших университетов мира?
— Must see в Далласе.

Выпуски

Комментарии